Месть Черного Паука

Славка нажал пальцем головку защелки на нижней стороне рукоятки и другой рукой вытащил продолговатую металлическую коробочку с единственным тусклым патроном, покрытым зеленоватыми разводами окислившейся меди. Потом, вспоминая, как это делали герои фильмов, с трудом оттянул затвор. Еще один патрон выпал в окошечко, открывшееся справа. А вся верхняя часть пистолета так и осталась далеко оттянутой назад с торчащим впереди круглым стволом.

Славка понял, что в таком положении её зафиксировал специальный рычажок с левой стороны. Наверное, в этом был какой-то смысл, раз товарищ Макаров так сконструировал. Заглянув в ствол, освещенный через окошечко патронника, Славка увидел настоящую помойку: ржавчина, нагар и просто мелкий мусор покрывали стенки.

У бабы Веры ружейного масла, понятное дело, быть не могло. Зато имелась масленка в швейной машинке. Помня народную мудрость, что механизм машинным маслом не испортишь, баба любит ласку, а машина – смазку, Славка обильно оросил маслом внутренности пистолета, напрочь опустошив масленку. Завернув оружие в тряпку, а потом в полиэтилен, засунул его под ванну, вымыл руки и отправился в больницу к Виолетте.

* * *

И у поросенка есть собственная гордость, пусть даже и свинячья. А Горелов тем более имел право гордиться своими успехами и способностями. Это высший пилотаж – взять коррумпированного чиновника, прожженного бюрократа, даже всем властям враждебного, и сделать из него народного избранника, депутата Государственной Думы. И это в Екатеринбурге, где народ себе на уме, и не таких видывал-раскусывал.

Конечно, где-нибудь в глухом районе, в оленеводческих стойбищах пришельца из большого города депутатом сделать – раз плюнуть. Местное население своими начальниками сыто по горло, ни единому их слову не верит. Так что приезжему политикану и карты в руки. Тут главное – обещать все на свете, валять – не стесняться, вплоть до перемены климата. Дикие селяне ведь как рассуждают: если он хотя бы десятую часть обещанного выполнит, мы ему все простим да ещё в ножки поклонимся. Тем более, человек городской, большая столичная шишка, может похлопотать, к губернатору зайти, а то и к президенту завернуть.

Потом следует отправить по селам агитаторов с ящиками чая и водки, в местную газетку деньжат подкинуть, с окружной администрацией плотно пообщаться, тоже пообещать всех благ сверх уже выданного. А уж председатели сельсоветов дадут указание народу, за кого голосовать, и сами проследят, чтобы мужики и бабы правильно ""бюллетни"" зачеркивали. Ни расходов больших, ни особого умения не надо, даже скучно."

"В условиях большого города все гораздо сложней. Здесь поход во власть следует начинать по крайней мере за год до выборов. Начать лучше с благотворительного фонда своего имени.