Месть Черного Паука

Если можешь, конечно.

– А чего тут мочь? – Барибал всыпал несколько ложек чая в заварочник. – Часов в десять вечера, когда из института возвращался, напали сзади. Двое руки завернули, нагнули так, что головы поднять не мог. Никого не видел поэтому. А третий допрашивал. Ты им нужен оказался. Я попробовал объяснить, что понятия не имею, ну, и отстегнули по почкам. Я чуть не вырубился, даже крикнуть не мог, только шипел. Сказали, чтоб нашел тебя, иначе начнут таким же манером всю семью по порядку обрабатывать. В конце недели позвонят.

– На кафедру, что ли? – спросил Славка.

– Домой. Я же телефон поставил по коммерческой цене. – Барибал разлил чай. Он привез из Непала целый ящик, чтоб до следующей экспедиции хватило. – Сахар-то клади. Да, в милицию посоветовали не обращаться, мол, охрану к каждому не приставят, а у них лапы длинные.

– Ладно, когда позвонят, скажешь им, что я приходил. – Славка с наслаждением вдохнул душистый горячий парок, клубящийся над стаканом. – Не бойся, – сразу осадил хозяина, вознамерившегося возражать, – моя проблема, я сам и выкручиваться должен. Разворошил муравейник, вот они и забегали. Скажешь еще, что прячусь в городе и должен в ближайшие дни снова появиться. Тогда, мол, и выспросишь о моей берлоге. Договорились? А сейчас дай-ка телефон, одной девочке надо срочно звякнуть.

Славка порылся в карманах и нашел смятую бумажку, на которой был записан рабочий телефон следователя Водянкиной. Так уж получилось, что Славка спас милицейской дамочке жизнь, и она сама предложила обращаться к ней в случае надобности. Похоже, такой случай настал. Стоило связаться с Водянкиной, чтоб обсказать возникшую ситуацию и, может, попросить какого-то содействия. В одном кабинете с нею, насколько помнил Славка, сидел ещё один следователь, но трубку взяла именно она. Узнала его голос и очень удивилась.

– Слушай, Пермяков, ты же собирался уезжать из города. Позвонил, чтоб попрощаться?

– Да это просто счастье, что не уехал до сих пор, Виолетта Сергеевна. Тут вот какое дело: на моих приятелей-альпинистов кто-то наехал, требуют, чтобы меня отыскали и им выдали. Грозят расправой. Не верят, что мужики не знают ничего обо мне.

– Пусть приходят, пишут заявления. Приметы сообщить могут?

– В том и беда, – Славка вздохнул, – что никого в лицо не видели и ничего серьезного предъявить не могут. На всех сзади набрасывались. Я, конечно, догадываюсь, откуда это шевеление идет…

– Тут и догадываться нечего, – Виолетта тоже вздохнула, – и так все ясно. Но боюсь, что все гораздо хуже, чем ты представляешь себе. Ладно, ты лучше скажи, как твое здоровье?

– Да чего мне сделается? Заросло как на собаке. Парням-то что теперь делать?

– Пусть время тянут, вступают в переговоры.