Месть Черного Паука

Как-то председатель облизбиркома совершенно случайно, открыв наугад подшитую пачку подписных листов, обнаружил, что он сам и все взрослые члены его семьи высказались в поддержку человека, с которым он люто враждовал много лет. Дрожа от праведного гнева, председатель распорядился устроить тотальную проверку подлинности всех подписей, и кандидат в итоге остался за бортом. Его не зарегистрировали.

Вот почему претенденты стараются собрать гораздо больше подписей, чем требуется. Чтобы после проверки и выбраковки, оставшегося хватило для регистрации. Вот почему кандидаты внедряют своих людей в избирком. Чтобы уличать в подделке конкурентов. Горелов через своих людей иногда сам продавал ""липу"", чтобы вырубить таким способом противников своего заказчика. За отдельную плату, разумеется."

"Методика подобной диверсии очень проста. В предвыборный штаб кандидата приходят люди и предлагают свои услуги в сложном деле сбора подписей. Они торгуются по поводу оплаты, ведут себя очень естественно, и вообще внушают доверие. В назначенные сроки они приносят подписные листы, иногда чуть не добрав до нужного количества и жалуясь, как трудно эти подписи собирать. Листы выглядят очень натурально, явно люди сами расписывались, даже паспортные данные своей рукой заносили. Листы сдаются в избирательную комиссию, там их принимают, кандидат уже печатает листовки и плакаты, а в последний день перед регистрацией вдруг кто-то замечает, что таких адресов не существует. Улица, конечно, есть, а вот дома под указанными номерами ещё не построили или уже снесли. Или в этих домах находятся овощная база, собачий питомник и медвытрезвитель. Самым смешным был случай, когда к реально существующим домам были ""пристроены"" лишние подъезды, населенные несуществующими людьми.

Сам Горелов к фабрикации поддельных подписей подходил очень ответственно. Этим занимались несколько особо доверенных работников, обладающих способностью копировать чужой почерк. Стопроцентной похожести тут ведь не требуется, главное, чтобы выглядело естественно. Скажем, подпись восьмидесятилетней Ефросиньи Кулебякиной не может быть столь изысканна, как витиеватый автограф вечно молодого поэта Вовы Кудрина.

Копировщики не изобретали подписи, а перерисовывали с подлинников. Предусмотрительный Горелов все подписные листы, проходившие через Бюро социальных технологий, пропускал через ксерокс. Таким образом ему удалось создать грандиозный архив. Базы данных он тоже покупал, но не у паспортисток, а в отделах кадров предприятий среднего масштаба, где нет сурового режима охраны. Инспекторши-кадровички приносили в Бюро целые сумки учетных карточек, которые быстренько прогонялись через тот же ксерокс.