Месть Черного Паука

Будякин пулей вылетел из спальни. Ну, дура! Ну, корова! Он сразу понял, что это проделка в стиле Черного Паука. После того, как Паук улизнул из-под самого носа целого отряда вышколенных убийц, да ещё прикончил троих, от него можно было ожидать чего угодно. Хотя прямого нападения, столь наглого и скорого, Будякин не предполагал.

Почему-то, как всякий начальник, он считал себя неуязвимым для разной жизненной мелкоты, черного люда и прочих смердов. Вот более высокого начальства, правоохранительных органов и настоящих киллеров стоило опасаться, это не стыдно, а, наоборот, свидетельствует о крутизне человека, идущего по краю. Правда, чем круче, тем легче он преодолевает эти опасности. На более высокое место надо сесть самому, органы купить с потрохами, а киллеров нанять к себе на службу, чтобы разделались с бывшими хозяевами.

Он торопливо прошлепал в кабинет. Тонкие зеленые цифирки электронных часов четко светились в темноте, показывая начало четвертого. Стараясь шуметь поменьше, Будякин выдвинул верхний ящик письменного стола и нашарил ключ от металлического шкафчика, где хранилось его охотничье оружие. Начальству положено на досуге охотиться, а не марки собирать. Это аристократично и мужественно. Но на охоту он выезжал не чаще одного раза в год, да и то по необходимости, ради неформального общения с нужными людьми. Челядь жарила шашлыки, студила в роднике водку, иногда начальники стреляли по уткам, чаще – по пустым бутылкам.

Сейчас Будякин не мог вспомнить, есть у него патроны или нет. Поэтому, отперев шкафчик, сразу принялся ощупывать нижнее отделение, предназначенное для хранения боеприпасов. Облегченно вздохнул, натолкнувшись на тяжелый магазин для автоматической ""Сайги"", набитый патронами. Карабин подарили ему на пятидесятилетие. Красивое оружие четыреста десятого калибра совершенно не годилось для охоты, но сейчас оказалось как нельзя кстати.

Действуя по-прежнему на ощупь, Будякин вытащил карабин, примкнул магазин, передернул затвор и прислушался. И тут же уловил знакомый стук со стороны задернутого окна. Проклятый Паук словно следовал за всеми его перемещениями. Направив ружейный ствол на штору, Будякин другой рукой снова полез в шкафчик и вытащил двустволку.

Ежась в остывшей пижаме, нашел два патрона подходящего калибра. В темноте нельзя было определить, чем они заряжены, пулей или мелкой дробью, и он вставил их в ружье просто наудачу. Когда проходил через гостиную, то и здесь его настигло тихое постукивание. О стекло лоджии тоже брякала толстая веревка. Снова растолкав задремавшую было жену, он сунул ей в руки двустволку и скомандовал:

– Держи палец на спуске. Если кто в окно полезет, стреляй сразу. Поняла?

– А что случилось-то? – та уселась на кровати.