Месть до первой крови

– Меня тошнит от твоих клиентов, по которым зона плачет! Ты как будто специально одних уголовников к себе притягиваешь! Я в твою контору не вернусь – это мое окончательно решение.

— Окончательное, говоришь, — голос у шефа стал жестким, — надеешься, что на своем судействе больше заработаешь? Сомневаюсь, Катька. Ну что ж, старайся, чтобы бабок, которые твой папаша покойный наворовал, тебе надолго хватило, потому что в Москве ты больше в адвокатуре место не найдешь!

Сдерживая слезы – от кого-кого, а от Коли она такого выпада не ожидала – Катя в долгу не осталась и ответила коротко, но не вполне цензурно. А потом сидела, с минуту слушая гудки в трубке и понимая, что теперь действительно подвела черту под своей пятилетней адвокатской практикой. Пути назад больше нет, в то время, как и перспектива судейства была довольно туманной. Из очередного транса ее вывел щелчок входной двери – опять вернулась Лина.

— Ка-ать! – с порога позвала она, и Катя, только теперь отключив телефон, лениво выползла в прихожую. – Я тут подумала: а чего бы мне и правда не устроиться в журнал?!

Она сияла и радовалась, будто лучшей идеи никогда не приходило в ее голову, и прыгала на одной ноге, потому что со второй снимала туфлю. От утренней обиды, если она и была, следа не осталось:

— Ты представь, как было бы здорово! — В конце концов, переобувшись в домашние тапочки в виде розовых зайцев, Лина приосанилась, втянула живот и с достоинством произнесла: — Журналист Ангелина Сухарева! Нет, лучше псевдоним взять – Лина Стар! Нет, Лина… ладно, потом что-нибудь придумаю. Главное, я сама начну зарабатывать деньги! Ни от кого не буду зависеть. А Вениамина Степановича брошу – все равно он на мне никогда не женится… — Про Вениамина Степановича Катя решила лучше ничего не спрашивать. Лина рассуждала уже больше про себя, медленно вышагивая по коридору и мечтательно глядя в потолок, представляя себе, видимо, сцены из будущей жизни. – Мужики, Кать, вообще-то люди ненадежные: сегодня любит – завтра нет. А так я сама себе хозяйкой буду. Стану известной. Познакомлюсь, наконец, с Андреем Малаховым.

Катя рассеянно покивала. Аргументы были действительно вескими.

— Тем более что мне как раз на днях предлагали работу. Есть у нас, в Старогорске, такая газета «Чайковка» — так вот, ее главред, Игорек Маликов, мне втюхал свою визитку и интересовался, не хочу ли я у него поработать. И звонил после этого уже два раза. Вот мужики, а? Не успела девушка развестись, они уже тут как тут с такими предложениями… Хотя Игорек, конечно, ничего, симпатичный. Почему бы мне действительно у него не поработать, а?

Катя поняла, что теперь знает, что такое черная зависть.