4
0И хорошо хоть чуть позже, вспомнив эту несуразность, все-таки сообразил, в чем дело-то.
Удержаться не смог, воскликнув вслух:
– Постой! А почему у тебя сердце с правой стороны? – Она выглядела удивленной не меньше меня:
– А где оно должно быть?! – Только после этого я запоздало пожалел о своей несдержанности.
Чего кричал? Почему не поинтересовался незаметно? Как умудрился вообще этого косяка на иных аборигенах не рассмотреть? Или это лишь Сюзанна здесь одна такая? Помнится, что на Земле вроде бы такие мутанты тоже встречались. Так что спешить с глобальными выводами не стоило.
Только и пришло в голову, что свести все сказанное в шутку:
– Ха-ха! А ты и поверила моему удивлению?
– Конечно, не поверила! И не поверю… пока твою грудь не прослушаю.
– Ладно, шутки в сторону, – прервал жестом я ее движение встать и протянуть ко мне руки. – Тем более что я боюсь щекотки. Ты лучше скажи мне две вещи. Первое: ты вот эту отбивную будешь есть?
– Нет. А-а…
– Второе: что там у тебя с семьей и чем больна мать? – Задав этот вопрос, я без зазрения совести забрал кусок мяса, принесенный даме на обед. Мне моя порция понравилась, так почему отказываться от халявной добавки? Но перед тем как вонзить зубы в отбивную, посоветовал: – Только без соплей и слез, конкретно.
Что еще важней: отвлек девушку от желания меня прощупать на предмет местонахождения главного насоса для кровеносной системы. Вначале нехотя, а потом все быстрей, она кратко пересказала перипетии своей семейной жизни. Мать давно жила одна, не имея постоянного мужа. Зато имеет четверых детей, которые сами не знают, кто их отец. Или кто их отцы. Ситуация, как я понял, вполне нормальная для этого мира. Но младший брат, коему только исполнилось семнадцать лет (возраст совершеннолетия), полгода завербовался в одры. То есть в солдаты, род войск которых сокращенно назывался ОДР. Отряд дальнего реагирования. Парень ушел в учебную часть два месяца назад, но пока еще ни одного денежного перевода от него не поступило, хотя платить там должны прилично.
Ну и месяц назад мать слегла с острым обострением своих почечных колик. Диагноз: мочекаменная болезнь. А чтобы от камней избавиться, нужна дорогостоящая операция у самых лучших целителей. Вот и получалось, что мать работать не может, а при ней еще две младшие дочери двенадцати и восьми лет. Если бы Сюзанна оставалась при князе, то никаких проблем. Вскоре бы и средства отыскала для операции. Но ее вот уже две недели держат под строгим домашним арестом. И попала она сюда чуть ли не голой, без гроша при себе. А потому не может связаться ни со своей лучшей подругой, ни со своими сестрами. Да и в семье скорей всего не знают, куда она делась. Слишком уж странным и неожиданным получился арест.
