5
0
— Что ты здесь стоишь?
— Да вот приехал из Батайска к глазному врачу, — ответил тот. — У меня была запись на консультацию в одиннадцать часов. Сейчас жду автобуса.
Звягинцев демонстративно посмотрел на часы.
— Уже почти два. Что ты делал в Тиходонске?
— Да ничего. Погулял немного, выпил кружечку пива, купил газету…
Человек в шляпе держался напряженно и явно хотел как можно скорей закончить этот разговор.
— Паспорт есть?"
"— Нет. Пенсионное удостоверение с собой и вот, рецепт…
Сначала Звягинцев задавал вопросы без какой-либо цели, но в голове постепенно созревал определенный план.
— Значит, так, — сказал он резко. — Раз нет паспорта, пройдемте в опорный пункт милиции для установления личности.
— Это еще зачем? — мужчина полез во внутренний карман, вытащил серую книжечку. — Посмотрите пенсионное удостоверение, вот и установите личность.
— Не умничай, если хочешь сегодня уехать домой. У нас идет операция «Антитеррор». Мы всех проверяем.
— Ну, хорошо, — сдался мужчина. — Раз надо, значит, надо.
Пока они по заставленной машинами второстепенной улочке шли к опорному пункту, созревший план становился все отчетливее и раскладывался по полочкам.
— Вот и пришли, — бодро сказал участковый, отпирая ключом старинную, давно некрашеную дверь. — Входите.
Ничего не подозревающий очкарик переступил потертый порог и оказался в темном коридоре. Звягинцев щелкнул выключателем, и под высоким потолком зажглась висящая прямо на проводе, слабая желтоватая лампочка. Потом он отпер вторую дверь и завел задержанного в квадратный кабинет со стандартным набором мебели: стол с устаревшим компьютером и телефоном, четыре стула, шкаф, сейф, продавленный диван. Через высокое зарешеченное окно был виден пыльный двор с висящим между деревьями бельем. Несколько малышей возились в загаженной кошками песочнице под надзором сморщенной старушки, сидящей на допотопном стуле.
Звягинцев полез в ящик стола, нашел под папками бумаг тяжелую коробочку, открыл и извлек пять малокалиберных патронов. В принципе достаточно и одного, но пять будет солидней и убедительней.
— Дайте-ка вашу сумку для проверки, — вежливо предложил он.
— Пожалуйста. Там нет ничего запрещенного… — доставленный протянул сумку.
Участковый поставил ее на стол, расстегнул «молнию», заглянул. Кроме пакета молока, двух булочек, газеты и трех пачек сигарет «Прима», там действительно ничего не было.
Звягинцев бросил быстрый взгляд на очкарика. Тот молча сидел на жестком стуле, опустив голову и уставившись в потрескавшийся линолеум. Да, это был педальный лох. Он разжал руку и пять черных, маслянистых цилиндриков рассыпались по клеенчатому дну. Потом он вернул сумку хозяину.
— Как твоя фамилия? — спросил Звягинцев.
— Иванов Петр Семенович.
