5
0Он напился прямо из-под крана, потом принял прохладный душ и почувствовал себя вполне прилично. Откуда ни возьмись, снова появилась Марина, она была одета и выглядела так, будто совсем не пила. Шабанов не мог вспомнить: было между ними что-либо или нет. Но, осмотрев смятые простыни, понял: было!
— Поедем, выпьем кофе, — предложила женщина. — Тебе сразу станет лучше.
— А где Феликс? — спросил Виктор.
— Уехал. У него работы много. А ты, он сказал, — выходной.
— Точно. Я ведь после дежурства.
На какой-то машине они поехали в кафе, где пили не только кофе, но и виски, потом отправились в какой-то мотель, где и остались ночевать. Здесь Марина чувствовала себя свободней и вела себя очень активно. Виктор был доволен.
* * *— Значит, говоришь, он взялся за ум? — задумчиво спросил подполковник Петрицкий.
Воскобойников, сидящий напротив начальника следствия, кивнул."
"— Взялся, Василий Григорьевич! Возбудил дело, прессует сбытчика по полной! Я его даже проверил: говорю, мол, понятых с потолка записал, один сейчас в больнице, второй в деревню уехал… Раньше он бы на дыбы встал, а сейчас кивает: ничего, потом дооформим!
— Еще что?
— Я ему Маринку подставил. Помните, из «Замка»?
— О-о-о! — Петрицкий мечтательно подкатил глаза. — Как не помнить!
В своем вечном черном костюме и черном галстуке Василий Григорьевич походил на пастора, но сейчас выражение его лица выглядело отнюдь не благостным.
— Еще?
— Он у меня денег в долг попросил.
— Сколько?
— Рублей пятьсот-шестьсот, — давясь смехом, сообщил Воскобойников.
— Сколько, сколько?!
— Серьезно! У меня только тысячи были, я тысячу и дал. Он был очень доволен. Но на Маринку ему большие деньги понадобятся… Ручным будет!
— Точно? — вид у начальника следствия был озабоченным. — Тут ошибки быть не должно!
— Не будет, Василий Григорьевич! Голову даю — не будет! Я такие вещи нутром чую!
— Ну, ладно! — после паузы сказал Петрицкий. — Проверим его еще, присмотримся, если подойдет, будем готовить на место Банникова. Где он сейчас, кстати?
Воскобойников усмехнулся.
— Вчера как закрутил с Маринкой, так еще не приходил.
Начальник СО нахмурился.
— А вот это не годится! Дисциплину надо соблюдать! Объясняй это своему подшефному, воспитывай. На первых порах ты за него отвечать будешь!
— Есть, товарищ подполковник! — Воскобойников почтительно кивнул. — Кстати, насчет дисциплины…
— Что еще? — поднял брови Петрицкий.
— Вы отписали материал этому… Как его? С птичьей фамилией…
— Соколову, что ли? — начальник СО напрягся, хотя вида не показывал. — Хороший парень, грамотный!
— В чем грамотность? — зло сказал Воскобойников. — В том, что дело развалил? Считает себя самым умным?
— Там нечего было разваливать, оно само развалилось.
