5
0
— А сколько ему надо? — теперь спросил рыжий.
Сергей пожал плечами.
— Не знаю. Может, ведро, может, два…
Напарник рыжего повернулся и молча пошел к машине. Открыл дверцу, вытянул тяжелую сумку и вернулся.
— Ведра с собой нет, а вот что есть…
Он извлек сверток, размотал и вытащил на свет божий бутылку из-под шампанского.
— Это тоже слезы, — сказал Звягинцев.
— Возьми, подержи! Только не урони…
Если бы не это предупреждение, Сергей обязательно уронил бы бутылку. Потому что весила она не меньше десяти килограммов.
Продавцы высокомерно рассмеялись.
— А ты ведро хотел!
Звягинцев кивнул.
— Ладно, это другое дело. Сейчас спец приедет, и будете торговаться.
Он достал телефон, машинально набрал номер Видина.
— Товар хороший, приезжай! — сказал он.
Увидев его жест, сантехник и покупатель сигарет побежали к сапожной будке. В руках у них были пистолеты.
— Стоять! — кричал Черемхов. — Стрелять буду!
Продавцы ощерились, как загнанные в облаву волки."
"— Ментам продали, суки! — рыжий выдернул из-под куртки двуствольный обрез и направил на Звягинцева. Черные отверстия уставились в лицо, как ворота на тот свет. Сейчас полыхнет — и все! Сергей инстинктивно схватил дубинку и бросил. Тяжелая железяка попала рыжему в лицо и раскровянила губу. А он до сих пор был еще жив, хотя толстый палец с коротко стриженным ногтем, отчаянно дергался на спуске.
Увидев обрез, Черемхов действительно выстрелил в воздух. Раз, потом второй… Преступники бросились к своей машине. С Лысой горы, наверное, на выстрелы, выехал «УАЗ» ППС. Из правого окна торчал автомат. Волин и Черемхов блокировали «жигуль».
— Руки поднять, завалим! — истошно орали они. — Поднять, сказал, стреляю!
Кавказцы заметались, рыжий переводил обрез с одного на другого, но, видно, оружие заклинило.
— Наземь! Лягай наземь! — рявкнул коренастый патрульный, выпрыгнув из автомобиля и в упор целясь в бандитов из автомата.
Всем стало понятно, что сейчас начнется стрельба. Но огневое преимущество было на стороне милиции. Обрез звякнул об асфальт. Кавказцы нехотя подняли руки. Если бы злые взгляды могли испепелять, то от сотрудников остались бы только пять кучек серой пыли. Но такое бывает только в мистических фильмах. Поэтому задержанных заковали в наручники и запихали в задний отсек «УАЗа».
— Зря вы сюда полезли, — кривя рот, произнес рыжий. — Это политика. Золото продаем, оружие покупаем, за свободу народа воюем. Вы что, самоубийцы?
— Заткнись! — трясясь в горячке несостоявшейся перестрелки, скомандовал пэпээссник. — А то зубы выбью!
Дверца с лязгом захлопнулась.
Тяжеленная бутылка осталась стоять на дощатом полу сапожной лавки, на столе рассыпалось несколько буро-рыже-зеленых крупиц.
