4
0
— Как хочешь, — старлей почесал затылок. — Только тогда о чем разговаривать?
— Сухарев, за мной! — ворвался в кабинет Сивцов. Голос властный, резкий, привыкший командовать.
Слова как дробинки ударили в Вадима, по спине пробежал холодок. А начальника УР уже и след простыл.
— Ух, — выдохнул Самойлин — как гроза прошла."
"— Это что, вот начальник райотдела вообще зверь, — Василий поспешил за начальником, на ходу бросив: — Расскажи ему, Толик, надо предупредить парня!
Толик нахмурил лоб.
— Ты с Бариновым знакомился?
— А как же. Сивцов меня в первый же день к нему завел. Он мне напутствие давал.
— И как он тебе?
— Видно, что строгий. С характером. Но начальник милиции и должен быть крутым.
Толик кивнул.
— Это да.
И неожиданно спросил:
— Он тебя еще не бил?
— Как «не бил»?!
— Да очень просто. В морду кулаком не заезжал?
— Ты что, шутишь?! Как это можно?! — Самойлин находился в крайнем удивлении. Старший лейтенант Росляков напротив — демонстрировал полную обыденность того, о чем рассказывал, и даже притерпелость к столь необычным манерам руководителя.
— Да очень просто! Он у нас с тараканами. Говорят: после контузии, — Толик покрутил пальцем у виска.
— Иногда его накрывает, он и понесся к кому-нибудь в кабинет. Резко дверь распахивает, челюсть выпятит и смотрит исподлобья прямо в глаза! Как бык на корриде. Значит, точно — сейчас бить будет…
Самойлин сглотнул. О многих чудесах, творящихся «на земле», ему приходилось слышать, но о таком…
— И тебя бил?
Толик кивнул.
— И меня, и Ваську. Мне еще повезло, я уклонился, кулак скользнул по скуле, и все. А Ваське как дал в челюсть, тот и сознание потерял. И нашатырь ему давали, и уши терли…
Вадим нервно заходил по тесному кабинету.
— Да я рапорт напишу генералу! Или самому министру!
Толик вздохнул.
— Это потом будет. Вначале он тебе даст в рожу, а потом пиши, не пиши, легче не станет…
— Ну и трепло ты, Толян! — напряженно сказал Вадим. — Надо же такое придумать!
— Я тебя предупредил, — совершенно серьезно ответил Росляков.
* * *Через день, после обеда, Вадим отписывал «отказняки». Он легко обучался и быстро понял, что от него требуется.
Вот заявление о краже: какой-то ротозей вышел выносить мусорное ведро, дверь не закрыл, а когда вернулся, то обнаружил, что с вешалки в прихожей исчез плащ. Секунду подумав, опер сформулировал мотивировочную часть постановления: «Учитывая, что следов взлома на двери не обнаружено, а факт пропажи плаща объективно ничем не подтвержден, в возбуждении уголовного дела отказать».
Самойлин с удовлетворением поставил точку. По сравнению с корявыми «отказняками» Сухарева получалось красиво и убедительно. Вчера он написал два таких постановления.
