Медвежья Ласка

— Тогда плата!

— Плата! Плата! Плата! — скандировала толпа, подбадривая переглянувшихся лордов. А те, судя по хитрющим лицам, явно что-то задумали.

Чуть в стороне заиграли музыканты, которых в крепости не было отродясь. Бросив в ту сторону удивленный взгляд, я отметила, что половина из них беловолосые, как и Харланд, а половина смоляная, как Вард и Берд.

Видимо, Йонна привела не только мужа, но и половину своих лесов, чтобы устроить праздник на славу.

Из крепости потянулись разодетые девушки, плавно качая бедрами и заигрывая с гостями. Они улыбались и в танце шли вперед, чтобы каждый на этой свадьбе увидел и не пропустил их появления.

‌‌‍

Пушистые разноцветные юбки кружились в воздухе, а металлические подвески, которыми была расшита ткань, ритмично звенели от каждого движения, добавляя зрелищности.

Невольно заулыбавшись, я смотрела на красивых танцовщиц, проникаясь веселостью и ритмом, замечая, как дядя почесал голову, видимо, сетуя, что не догадался оговорить: танцевать должны были лорды.

Но поздно, четкие условия выставлены не были, а танец — вот он. Девушки поклонились и под радостные хлопки вернулись в крепость, останавливая музыку.

— Пришло время отдать невесту, — напомнил Харланд, не скрывая своей теплой улыбки. — Мы уже заждались.

— Ну что, пойдешь? — не скрывая наигранного сомнения, спросил дядя, на что я только коротко кивнула, вновь вернувшись мыслями к своим лордам. — Топай тогда, свет мой рыжий. Благословляю.

— Ура! — кричала толпа, когда я шагнула к своим мужчинам, забыв обо всем на свете.

Я просто шла к ним, мечтая как можно быстрее коснуться, ощутить их тепло, уткнуться носом в крепкое плечо и закрыть глаза, зная, что все недомолвки рассеялись, сомнения исчезли, а сердце наконец-то спокойно.

Чем ближе я была, тем сильнее ощущалась их аура вокруг, укутывая как в теплое одеяло, и ароматы…

Окружив меня плотным кольцом, лорды так или иначе прикасались к талии, рукам и животу, обозначая свое присутствие, позволяя ощутить себя в безопасности.

— Благословляем! — скандировал народ. — Благословляем!

— Отпускаю, — обозначил дядя, останавливая шум. — А теперь все за стол!

— Ура! — радуясь совершенно так же, как и выкупу, гости ринулись к накрытым столам, специально оставляя нас в некоем уединении, разрешая помиловаться спустя несколько дней разлуки.

— Значит, с танцем схитрили? — протянула я, прижимаясь щекой к груди Берда.

— Если хочешь, мы для тебя потом отдельно станцуем, только прилюдно выкручиваться не заставляй, — взмолился Харланд, целуя меня в макушку. — Соскучилась?

— Еще бы! Три дня вас не трогала, кто такое выдержит?

— Трогай, Ласочка, трогай.