Маскарад любовных утех

– Не получается у меня с ними контакт наладить, – буркнул Вовка.

– Дай мне адрес Николаевой, я сама ею займусь, – пообещала я.

Костин взял свой телефон и потыкал в экран. Моя трубка тихо блямкнула, приняв эсэмэску.

– Теперь о Ксении Фроловой, – продолжил приятель. – В ее деле полно странностей. В первый раз полиция ее опросила как участницу праздника, и она пояснила, что коробочка с эклерами действительно стояла в холодильнике, на котором висел плакат, запрещающий открывать дверцу. Хозяйка кондитерской сказала, что десерт сделала для себя – она весь день и вечер хлопотала на торжественном мероприятии и намеревалась ночью расслабиться дома, лакомясь пирожными.

Врач медпункта подтвердил, что Фролова к ней приходила, значит, некоторое время в кафе ее не было, туда легко мог войти посторонний. Вот показания доктора: «У пациентки был сорван ноготь на пальце ноги, неопасная, но болезненная трамва. Ксения мне рассказала, как это случилось: “Я сама виновата. Бегала между детьми, которые должны были отнести сладкое, увидела вошедшую Горскую. Вообще-то она меня не жалует, но тут решила помочь, и я бросилась к нашей доброй фее. В суете она случайно мне на палец наступила и очень расстроилась. Забинтуйте ногу, у меня еще дел полно!”»

– Ирина Леонидовна в разговоре со мной не упоминала, что травмировала Фролову, – удивилась я.

– Ерунда, – отмахнулся Вовка, – много лет прошло, пожилая дама давно о таком пустяке забыла. Намного интереснее другое. Полиция отпустила кондитершу. А потом в отделение примчался Евгений Богомолов, студент-химик, который у Фроловой заказы развозил. Парень показал результат сделанного им анализа жидкости из шприца, того, что он, по его словам, у Ксении нашел.

Это оказался яд для садовых грызунов. Но саму улику он не принес, заявив, что у него в автобусе сумку украли, а шприц в ней был. Естественно, его анализ потом на суде не учитывался, но эта история есть в деле. Только следователь выслушал Богомолова, как явилась Фролова и… призналась в убийстве. Она объяснила: «Отравить я хотела Риту, жену своего любовника, а не гостей вечера, собиралась угостить эклерами только ее. Коробка с ядовитыми пирожными попала на стол случайно. Кутя не виновата, мне не стоило держать упаковку в холодильнике даже с запрещающей его открывать табличкой». Все. После этого заявления она замолчала, говорила лишь «да» или «нет».

Я подвела под разговором черту.

– Выходит, Ксения отбывает срок за свое преступление, ее вина доказана, Кутя ни при чем, общественное мнение зря обвинило девочку в смерти людей.

Костин вынул кошелек.

– Фролова оказалась на свободе через два года после ареста.

– Сколько же ей дали? – опешила я.

– Много, могла еще сидеть и сидеть, – поморщился приятель.