4
0
– Верочка! – слишком радостно воскликнула я. – Зачем пришла?
Та, не произнеся ни слова, протянула мне картонку.
– А, тебя Николай прислал, – догадалась я. – Сейчас посмотрим, что ему такое розовое понадобилось. Ну-ка… Хм, тут написано: «Папа я».
– Здравствуйте, Вера, – сказала Краузе, выходя в холл.
– Здрассти, – прошептала тетка.
Я протянула няне послание.
– «Папа я», – прочитала Краузе. – Не поняла.
– Тоже теряюсь в догадках, – призналась я. – Может, у Николая родился ребенок, и он нам сообщает радостную весть?
– Вы Надин живот видели? – хмыкнула Краузе.
– Ребенок может появиться не только от законной супруги, – резонно возразила я.
Роза Леопольдовна взглянула на Веру.
– У твоего зятя есть любовница?
– Нет, – ответила та.
– У Коли ребенок родился? – подключилась я к интервью.
– Нет.
– Тогда почему он написал: «Папа я»? – не успокаивалась Краузе.
– Нет.
– Что значит твое последнее «нет»? – рассердилась няня. – Скажи по-человечески!
– Ну… нет, – выдавила из себя Вера, – не папа он. Надо это!
– Что? – хором задали мы вопрос.
– Это.
– Ему нужно «папа я»? – уточнила няня.
– Да.
– Отлично! И как оно выглядит? Верочка, попробуй описать предмет, – попросила я.
– Нет.
Краузе закатила глаза, но я решила не сдаваться.
– Веронька, почему ты отказываешься?
– Плохо пишу. С ошибками.
– Ты словами скажи, – настаивала я.
– Стены. Баня, – как всегда, в телеграфном стиле высказалась сестра Нади.
Я начала гадать.
– «Папа я» это гипсокартон или кирпич?
– Нет.
– Шпаклевка?
– Нет.
– Кафель?
– Нет.
– Что тогда? – сквозь зубы процедила Краузе.
– Краска."
"– Уфф, – вырвалось у меня, – наконец-то.
– У обеих сестер в голове лапша переваренная, – фыркнула Роза Леопольдовна. – Одна слишком много болтает, из другой слова клещами не вытянешь. Вероятно, Надя имела в виду банки, которые выпускаются разной формы. Бог с сестрами, дурочками. Интересно другое: почему Коля у нас краску просит?
– Цвет, – вякнула Вера.
– А-а-а, он хочет уточнить колер, – осенило меня.
Сестра Нади неожиданно произнесла длинную речь:
– Да. Цвет «папа я».
– Вот и договорились, – обрадовалась я, хватая куртку. – Вера, ты любишь пирог с черникой?
– Да.
– Роза Леопольдовна, сделайте одолжение, отдайте Вере пакет с выпечкой и кофе, – попросила я.
Краузе поджала губы.
– Не помню, куда его дела.
Я замерла с сапогом в руке. Няня заразилась от Веры слабоумием?
– Он на столе в гостиной.
Но Краузе повела себя еще более странно.
– Покажите, пожалуйста, какой, как бы я чего другое не принесла.
В полном недоумении я вернулась в комнату.
