6
0Но душевной-то теплоты, поддержки все равно всем хочется. Вот так и соберешь все эти одинокие души, и в красивой упаковке немножечко теплоты толкнешь: тут йогой оберешь, тут сушеными водорослями подвяжешь, ну и смузи сверху зальешь. Куда нынче без смузи? Вот тебе и мастер-класс готов. А они хавают, что им, как ни назови, лишь бы экологично, чистенько-миленько, в тренде и, главное, – быстренько. Пять-десять минут в день на инсту – и ты в курсе событий. И сколько нас таких продавальщиц – не счесть.
Я подумал о том, что она в чем-то глубоко права. Нет смысла ругать социальные сети с их неизменной ложью и попытками выдать желаемое за действительное. Значимость технологии и ее принятие людьми в целом является результатом не технологии как таковой. Приживется что-то в нашем капризном современном обществе или будет благополучно забыто, зависит только от того, произойдет ли присвоение нового коллективами и людьми по отдельности. Есть ли в этой культуре такая потребность или ее нет. В России не могла прижиться технология еды китайскими палочками, зато прекрасно прижились европейские вилки. То есть, другими словами, технологии приживаются, потому что оказываются связаны с главными нашими социальными, культурными и психологическими потребностями. Главным трендом инстаграма является желание человека стать брендом, значит, есть в нашем обществе острая к тому потребность.
– Как говорится, мети всяк перед своими воротами, а в чужой сорочке блох не ищи, – заметил я, показывая, что не собираюсь давать оценку правомерности ее бизнеса, а хочу получить лишь нужные для дела сведения.
– Вот, – победно подняла палец Инна и сделала совершенно противоположный вывод. – Что и требовалось доказать. Ты меня тоже осуждаешь.
Я вздохнул.
– Давайте завтра поговорим.
Инна протестующе замычала, снова сделала это свое вытрезвительное «бррррр» и действительно снова чудесным образом стала трезвее:
– Нет-нет, давай сейчас. Я нормальная уже. Короче, почему не конкуренты, потому что всех конкурентов не перебьешь. Хочешь без конкурентов, иди в госуслуги или научись жрать эвкалипты.
– В каком смысле жрать эвкалипты? – не понял я.
– В прямом, ты же ветеринар.
Хитрого захода ее мысли я не оценил, и Инне пришлось пояснять, что имеется в виду пример эволюционного пути коалы, которая действительно не имеет в природе ни естественных врагов, ни конкурентов, потому что научилась переваривать твердую восковую оболочку листьев эвкалипта и тем самым оказалась абсолютно выключена из соревнования за пищевые ресурсы.
– Чтобы вести тренинги, надо знать много разной ерунды из разных областей, – усмехнулась Инна. – Для всяких неожиданных примерчиков. Вот, видишь, трезвая я.
