Маникюр для покойника

Костин бросил быстрый взгляд внутрь и рассмеялся:

– Страшно рад встрече. А то грешным делом думал, что же это за майор такой Романова, которой нигде в штате нет и которая делом Катукова занимается. Рад знакомству, Евлампия Андреевна, а может, правильней Ефросинья? Пистолетик-то какой славный!

– Ловко стреляет, коли такую тушу свалил, – фыркнул Паша, возившийся возле Славы.

– Похоже, она ему прямо в открытый рот попала, – пояснила Катя, в которой проснулся профессионал. – Думается, там проникающее ранение нёба или горло задето, правда, дышит самостоятельно…

– Ловко, – повторил Паша и завопил в телефон: – Эй, Седьмой, гони сюда медицину, работенка нашлась!

– Лады, девоньки, – неожиданно ласково завел Костин, – вот и познакомились. Кстати, кличут меня Владимиром Ивановичем, можно Володей, я красивым дамам всегда разрешаю к себе по имени обращаться. Пошли потихоньку вниз, коли двигаться можете. Нам о многом потолковать надо. Правда, сначала вымыться не мешает, воняете вы, как солдатский туалет.

– Уж не знаю, как насчет сортира в казарме, – ощетинилась Катя, – я там никогда не бывала, но, думается, вы, милейший Владимир Иванович, тоже не источали бы нежный аромат после почти месяца сидения в подобном месте.

– Все, все, понял, – замахал руками Костин, – пошли вниз.

Мы спустились на снег. Недалеко от ворот стоял микроавтобус. Возле машины толклось штук шесть шкафоподобных парней. Тут же белел «рафик» с надписью «Скорая помощь».

– По коням, мальчики! – велел Костин.

– Нет! – закричала я.

– Это еще почему? – удивился подошедший Паша.

– Я не могу уехать без арфы.

– Без чего? – изумились милиционеры в один голос.

– Без арфы, струнный инструмент такой…

– Ничего, ничего, – забормотал Володя, пытаясь погладить меня по голове, – это пройдет.

– Вот сейчас сядем в хорошенький автобус, – забубнил Паша тем особенно проникновенно-отеческим голосом, которым психиатры разговаривают с внезапно впавшим в буйство больным, – и я куплю тебе арфу, честное слово, давай только до станции доедем. Там целый магазин, и кругом арфы, арфы, чистая красота.

Краем глаза я заметила, как он манит в нашу сторону доктора. От негодования у меня даже слезы брызнули из глаз. Быстро вывернувшись из его уверенных объятий, я произнесла:

– Нечего меня за сумасшедшую принимать. На чердаке в футляре стоит арфа, снесите ее вниз и поставьте в автобус.

– Коля, – велел Паша, – проверь!

Один из парней исчез в сторожке. Через пару минут он заорал в форточку:

– Такая здоровая дура в кожаном футляре, когда трясу, тренькает, она?!

– Она, – радостно закричала я, – она!

– Одному не стащить, – надрывался Коля, – боюсь, поломаю!

– Ой! – испугалась я.

– Леня, иди помоги, – велел Володя.