Мама напрокат

– Тот огромный синяк в сине-красную точку… Это...

– Да, – я кивнул, понимая, что она имела в виду. – Это те самые звоночки, которым я не придавал никакого значения.

И как бы я ни храбрился в эту минуту, мне было страшно. Все внутренности сжимались от этого чувства. Я понимал, что мне необходимо довериться Ивану, определять Ника в клинику и начинать лечение. Но только этот безумный страх потерять то единственное и дорогое, что было в моей жизни, крошил самообладание в пыль и лишал всяких разумных мыслей.

– Тебе… Вам с Ником нужна будет помощь… Я хочу со своей стороны быть иногда с ним вместо тебя. Навряд ли получится разом забросить все дела. И в любом случае ты будешь искать человека, чтобы он за ним приглядывал... Ведь ему нравится быть со мной…

Я поднялся на ноги, не ожидая услышать от нее этих слов.

– Станешь жертвовать работой ради моего сына? – поднял руку и пальцами коснулся ее дрожащего подбородка.

– Наверное, это звучит глупо, нелогично и вызывает у тебя недоумение. И прошлая ночь… – Ангелина тяжело дышала, смотря мне в лицо. Все ее эмоции для меня были в новинку. – Я ведь сама захотела, чтобы ты остался… Но я так чувствую. Никите нужна будет поддержка. Согласись, тебе ведь будет спокойнее, за него, когда ты не сможешь быть рядом, но буду я…

Ее самоотверженность удивляла.

Это говорило мне о многом. А еще и о том, что, кажется, я все же не разучился разбираться в людях.

– Да, мне будет спокойнее. Вопрос в другом: тебе это зачем?

Ответить Ангелина ничего не успела, потому что мой телефон снова ожил. Я отпустил ее лицо, взглянул на дисплей и увидел номер Людмилы Ивановны. Она редко мне звонила в рабочее время, если только не случилось что-то серьезное.

– Да, – ответил я, чувствуя, что хороших новостей в моей жизни с каждым днем будет теперь все меньше и меньше.

– Андрей Владимирович, Ник… – взволнованно проговорила она.

– Что Ник? – мое и без того изрешеченное и едва бьющееся сердце пропустило еще один удар.

– У него из носа пошла кровь… Мы пытались остановить, но она не останавливается. Я вызвала скорую и очень сильно переживаю. Я не знаю, что делать…

– Я скоро приеду. Будьте на телефоне.

– Андрей… – Ангелина побледнела. – Что случилось?

Я ничего ей не ответил, набрал Павла, предупредил его, что буду внизу через пять минут, и сразу же отзвонился Ивану. Он просил сообщать ему обо всех изменениях в состоянии Ника. И как, спрашивается, сохранять самообладание и ясный ум, когда я совершенно не владел ситуацией и никак не мог на нее повлиять?

– Мне нужно срочно домой.

Ангелина кивнула и направилась следом за мной бодрым шагом.

– Возвращайся на рабочее место. Я позвоню вечером.

– Андрей, – она выбежала за мной в приемную. – Я поеду с тобой.

Я закатил глаза и тяжело вздохнул.