Мама для Ромашки

— Тебе не кажется, что ты грубо с отцом разговариваешь? — раздается за спиной мужской голос. От неожиданности я чуть не опрокинула на себя чашку с кипятком.

— Подкрадываться неприлично, — говорю уже садящемуся за столик отцу.

Года его не портят. Он лишь седее становится, да морщинки все сильней прорезают хмурый лоб. Но Алексей Сергеевич Воротынцев все так же подтянут, ухожен. Выглядит вполне прилично. Неизменно черные костюмы и черные рубашки — их я помню еще с далекого детства. Как мужчина, симпатичен, бесспорно, но как человек — душа там гнилая. Одно лишь радует, что я полностью мамина дочка.

— Повзрослела, — проговорил он, задумчиво разглядывая мое недовольное лицо, — все больше становишься похожа на мать.

Хотела брякнуть едкое замечание, да его спас подоспевший вовремя официант.

— Чашку эспрессо, пожалуйста, — бросил отец, даже не взглянув на молодого парня, который ранее обслуживал меня. Тот, в свою очередь, быстро сделал записи в блокноте и так же быстро ретировался исполнять просьбу “большого человека”.

— Это констатация факта, а не вопрос, — хмыкаю я, крутя в руках горячую посудину."

"— Я в курсе твоей жизни, не стоит думать обо мне плохо, — перед ним тут же оказалась чашка с кофе. Быстро, однако!

— Каким боком моя практика касается тебя? — ничем хорошим этот разговор для меня не обернется, чую пятой точкой.

— Благодаря мне ты оказалась именно в этой фирме. Тебе пригодятся знания, — я уже хочу уйти от этого разговора.

— Давай по существу. Неспроста же ты это сделал, — сложила руки на груди и уставилась на мужчину. Практически чужой мне человек что-то пытается сказать и в очередной раз доказать. Только что на этот раз?

— Мне нужна будет информация. Любая. Ты принята в штат на место делопроизводителя. Все документы будут проходить через тебя. Мне нужны их копии. И если понадобится, то и оригиналы, — как на одном дыхании выпалил он. Я лишь молча хлопала ресницами, не веря, действительно ли правильно расслышала сказанное.

— Да ты что? — усмехнулась, — никак в шпионки меня заделать собрался?

— Поработаешь на благо отца и фирмы.

Эгоистично. Мерзко и просто противно.

— А с какой стати я должна так подставляться? С какой радости? — боже мой, и этот человек — мой отец? Серьезно?

— А с той, что жизнью ты обязана мне!

Как гром среди ясного неба.

— Ты матери жизнь испортил, решил и меня угробить? — чуть подалась вперед, чтобы взглянуть в его глаза. Карие, темные.