Мама для Ромашки

Но Роберту это, кажется, совсем не интересует. Детей вообще мало заботят взрослые проблемы. Ведь “эти взлослые любят все услознять” сказала мне как-то малышка, сидя у меня в кабинете. Еще в те дни, когда я работала на “ПрайдИнвест”. Она просто искренне радуется и вьется зводным ужиком вокруг нас с отцом, с которым за время всей прогулки мы и парой слов не перекинулись. Только косые взгляды и робкие улыбки. Как подростки. Я чувствую его присутствие рядом каждой клеточкой. Меня окутывает аромат его любимого парфюма и, возможно, дома ночью я снова прореву в подушку до утра, но если сейчас у меня есть возможность провести с ним и Ромашкой пару часов, почему я должна себе в этом отказывать?

— Я кочу уски Микки Мауса, — тянет нас за руку Роберта, вдоволь накатавшись на каруселях и накачавшись на качелях.

— Как скажете, — щелкает малышку по носу Руслан и послушно идет за дочкой к торговой палатке. Отец до мозга костей. Который любит свою дочь так, что другим отхватить такую большую частичку его сердца только снится.

— Лиса, — зовет мужчина, когда я, задумавшись, стою в сторонке.

— М-м-м?

— Я поду на клоуна посмотлю! — уже снова улепетывает Роберта со смешным ободком в виде ушек мультяшного мышонка на голове к толпе детишек, собравшихся вокруг уличных артистов театра кукол.

— Что ты…? — пригибаюсь, когда Беркутов с улыбкой от уха до уха подходит ко мне и пытается напялить на голову точно такие же, как у Ромашки, уши. Только розовые, в горошек.

— Стой ты, — смеется мужчина своим грудным раскатистым смехом, что невольно заставляет замереть. — Подойди, я не кусаюсь.

— Ну, я бы так уверена не была, — выпалила себе под нос и только потом сообразила, что Руслан услышал, а глаза вмиг стали чернее ночи. Но он быстро берет себя в руки. Тянет за локоток, придвигая явно ближе, чем требовалось и, отводя падающие на мое лицо пряди волос, напяливает-таки на меня эти уши, тихонько посмеиваясь. За что и получил удар ладошкой в плечо.

— Ты с ними очень даже мило смотришься.

— Издеваешься?"

"— Нет. Все вопросы к Роберте Руслановне, — ухмыляется негодяй, тем самым слегка разряжая накаленную между нами обстановку.

Сколько мы проторчали в парке, я даже не скажу. Обойдя все возможные и невозможные аттракционы, наевшись до отвала сладкой ваты и побесившись на зеленой полянке, мы заехали пообедать в детское кафе.

Роберта не замолкала ни на минутку, постоянно что-то рассказывая и спрашивая и активно вовлекая нас с отцом в беседы.