Мама для Ромашки

Переодеваюсь в повседневную одежду и выхожу из сервиса.

— Дядь Паш, я байк оставлю? Хочу прогуляться, — целую в щеку родственника.

— Да не вопрос.

Прощаюсь с ребятами и отправляюсь в сторону дома. Дорога как раз лежит через парк, где с завистью наблюдаю за прогуливающимися парочками. За детворой, что резвится, катаясь на роликах, на велосипедах. Перед глазами появляется образ счастливой Ромашки, держащей за руку маму, и счастливого, улыбающегося и такого красивого Руслана, с любовью смотрящего на своих девочек. Глаза предательски защипало. Как я сказала маме? Это не моя история.

Домой захожу, улавливая приятные запахи, доносящиеся с кухни.

— Мам, я дома! — кричу из коридора.

— Давай руки мой, у меня уже готов ужин, — выглядывает мама из кухни.

— Иду, — сбрасываю рюкзак и направляюсь в ванную.

Через пару минут вхожу на кухню. Мы ужинаем за непринужденной беседой. Полночи сижу за дипломом, вспоминая работу и запоминая нюансы. Ведь совсем скоро предстоит защита.

Спать укладываюсь в районе часа ночи. Долго не могу уснуть, все пытаясь перекрыть образы, всплывающие в голове. А после образов и тело начинает изнывать от отсутствия любимых мужских рук.

Поворачиваюсь на бок и пытаюсь заснуть.

Но минут через двадцать раздается телефонный звонок, вырывая меня из приятных лап Морфея. Кто так настойчив?

— Да, — хрипло со сна отвечаю, даже не посмотрев на номер звонящего.

— Лиска, у нас ЧП! — чуть ли не орет в трубку дядька.

— Что случилось? — вскакиваю в постели. Сон как рукой сняло.

— Сервис. Черт, — слышу отборный мат в трубке. И какой-то посторонний шум.

— Что? Что случилось, дядь Паш? — мне уже передалось его волнение, но еще не могу понять происходящего.

— Горит. Горит сервис. И все тачки, что стояли на ремонте. Господи, Лиска, — и отключается связь.

Я доли секунды пытаюсь прийти в себя. Утрамбовать в голове полученную информацию. Совладать с мыслями и заставить двигаться тело, которое сковал страх. Страх… а потом паника.

Спрыгиваю с постели и бегом на ходу натягиваю, что попадется под руку.

— Дочь, ты куда? — взволновано спрашивает она."

"— Мам, беда у нас. Паша звонил. Сервис горит. Черт. Я и байк там оставила, — уже всхлипываю, не в силах сдержать слезы, что катятся по щекам и застилают глаза. — Я к нему побегу, — смахиваю ладошкой соленые дорожки.