Мама для Ромашки

Алиса

День, два, три. Я запуталась в круговерти персонального ада. Грудь рвут противоречивые чувства. Сердце уже и не сердце вовсе. Это лоскуты, которые не заживают, все сочась кровью. Я не могу спать, не могу есть. Лишь работа в сервисе меня отвлекает. Дядька смотрит на меня исподлобья и матерится себе под нос, обещая убить того, кто меня обидел. Выматываю себя до последнего и возвращаюсь домой, где мама принимает эстафету от своего брата. И, похоже, ее терпение закончилось, так как она начинает приставать с расспросами.

— Лисонька, ну, что с тобой происходит? — мама присаживается на край постели, поглаживает по голове, расправляя волосы.

— Мам, все в порядке. По крайней мере, сносно, — пытаюсь оторвать голову от подушки, но сил нет. Все-таки режим автопилота дает сбой без нормального питания. — Я справлюсь. Правда, — кладу голову на колени матери и тихо плачу.

— Не стоит он такого твоего состояния, — начинает подбирать слова. — Ты у меня умница, красавица. Еще все наладится. Найдется твой принц, — легкая улыбка касается ее губ.

— Мам, мне не нужны принцы, — пытаюсь спрятать в себе нахлынувшие воспоминания.

Больше с вопросами ко мне мама не подходила. А я ей за это была лишь благодарна. К чему лишний раз бередить раны? Нужно всего лишь найти лекарство от разбитого сердца.

Впереди диплом и работа мечты. Какая? Не знаю. Теперь не знаю, но жизнь никто не отменял.

С Беркутовым покончено. И с “ПрайдИнвест” покончено. По крайней мере, я так думала. Но в среду, к вечеру, когда я наконец-то добираюсь до учебных документов, в дверь квартиры раздается звонок.

— Я открою, — кричит мама, а я продолжаю работать над практикой, утыкаясь носом в экран ноутбука, сама еще не понимая, как буду объяснять ректору отсутствие рекомендации от работодателя.

— Лиса, это к тебе, — слышу настороженный голос мамы, заглядывающей в спальню, и, не думая, кто это может быть, выползаю из комнаты, встречаясь с серьезным взглядом Марата Сергеевича. — Лис, это он? — заинтересованно спрашивает меня мама, сложив руки на груди и настороженно поглядывая на Левашова."

"Даже смешно стало, стоило представить, что было бы, если бы я сказала “да”.

— Нет, мам, — выдавливаю улыбку, — это Марат Сергеевич. Он, — пытаюсь понять, как представить Левашова.

— Я по работе, — отвечает тот. — Можем мы с вашей дочерью пару минут побеседовать? — Мама все еще настороженно поглядывает на моего бывшего начальника, но, в итоге, кивнув, оставляет нас одних.

— Здравствуй, Алиса, — здоровается мужчина, облокотившись о дверной косяк, в квартиру не проходя.