Магацитлы

Температура в шахте упала до минус тридцати семи градусов по Цельсию.

Тарас вдруг сообразил, что искрящиеся кристаллики на конце Посоха на самом деле являются кристаллами инея и льда.

– Ничего себе холодина! – произнес он вполголоса. – Ледник здесь, что ли?

– Ледяные слои мы уже прошли. Это результат воздействия на окружающую среду самого Посоха. Анализатор показывает, что его корпус охлажден до минус пятидесяти пяти градусов, и температура продолжает понижаться.

– Не хочешь ли ты сказать…

– Чем бы ни являлась эта громадина, она работает!

– Не может быть!

– Почему не может? Кто-то проник в нее и запустил. Нам надо сделать то же самое. То есть проникнуть внутрь.

– А если температура внутри этого монстра еще ниже?

– В униках нам не страшен абсолютный ноль. Найти бы люк…

– Чуть правее есть дыра в стене. Наверное, выход тоннеля.

– Вижу, попробуем проверить, не ведет ли он к порталу входа в Посох.

– Как ты думаешь, что это такое?

– Пока не знаю. Сравнить не с чем. Ясно, что это некое устройство очень большой массы и мощности. Но для чего оно предназначено, знает только хозяин. Спускаемся.

«Мотылек» Настиного скафандра нырнул в отверстие тоннеля, начинавшегося в десятке метров над краем покрытого инеем конуса. Тарас сделал то же самое. И тотчас же ощущение взгляда в спину прошло, будто его выключили.

СЫН НЕБА

Глубоко в груди шевельнулся горячий уголек, обжег сердце…

Лось вздрогнул, вслепую зашарил вокруг себя руками в поисках ковша с холодной водой… и очнулся.

Он лежал навзничь на твердом, глаза глядели в небо, светло-серое и скучное, как покрашенный суриком борт корабля.

Впрочем, на самом деле это был потолок, а лежал инженер Лось Мстислав Сергеевич не на земле, а внутри огромного сооружения под названием слингер. Или Посох бога Хао."

"Вспомнилась последняя ночь, проведенная с Аэлитой в прошлый прилет, горечь яда на губах, солдаты, выстрелы… Тогда в него стреляли марсиане, до сих пор остались рубцы на теле, а теперь выстрелил землянин, Сын Неба – мать его! – которого он взял с собой на Марс в надежде получить надежного товарища. Отличный получился товарищ… выстрелил без колебаний…

На ум пришли вычитанные у писателя-юмориста Зощенко строчки:

– Стой! Стрелять буду!

– Стою…

– Стреляю!

Лось слабо улыбнулся. Но тут его пронзила мысль об Аэлите. Высокий увел ее с собой.

Он зашевелился, заскреб ногами и руками, пытаясь встать. Кое-как поднялся, не обращая внимания на боль в груди. Ощупал грудь, куда пришелся разряд неизвестного оружия. Высокий не промахнулся, но спасла пленка защитного костюма. В противном случае он был бы уже мертв.