Хирургия мести

Когда Стаська, бросив взгляд на экран телефона, поняла, что время, отведенное невидимому мне человеку на подтверждение информации, закончилось, она набрала номер и снова нетерпеливо прикусила губу.

— Да! Ну что? Как? Поняла. Но это точно? Есть информация? Замечательно. Спасибо тебе, дорогой. Я? Я в порядке. Все, побежала, мне некогда. Еще раз спасибо, — и она сбросила звонок, удалила его из истории вызовов и только потом вернула телефон мне. — Все, расслабься. Я оказалась права. Месяц назад в системе произошел глобальный сбой, и твои паспортные данные наложились на реально существующую тетку с таким же именем, как у тебя.

Я почувствовала себя надувным матрасом, который выволокли на берег и случайно кинули на острый камень. Из меня словно воздух выпустили, я в буквальном смысле растеклась по скамейке и выдавила:

— Стаська, спасибо тебе…

— Не за что. Одной проблемой меньше.

— Ты не представляешь, как мне полегчало… руки-ноги ватные… никогда не думала, что это так ужасно — общаться со следователем в качестве подозреваемой…

— Уже все, прекращай.

Стаська снова закурила, я видела, как подрагивают ее пальцы, державшие сигарету. Вдруг она снова стала похожа на гончую, учуявшую зайца — сигарета в руке замерла, не донесенная до рта, шея вытянулась, а взгляд устремился куда-то поверх моей головы. В глазах промелькнула тень испуга.

— Стася, что с тобой?

— Да погоди ты… — шепотом приказала она, поднимаясь на цыпочки и пытаясь рассмотреть что-то за кустами. — Черт, опять показалось… — выдохнула она и негромко ругнулась.

— Ты кого-то ждешь? — спросила я осторожно.

— Да в том и дело, что не жду. А мерещится всякое, чего не должно.

— Вот и мне тоже, — ляпнула я, вспомнив, как увидела на дорожке Павла, которого здесь быть ну никак не могло. — Может, это место такое?

— Ага — галлюциногенное… — Стаська сделала глубокую затяжку и выпустила дым колечками. — Хорошо, что ты приехала, — вдруг призналась она. — Перед операцией как-то не по себе.

— Стась, ну операция же не такая сложная — перегородка, пустяки, минут на сорок.

Стаська как-то странно на меня глянула и помотала головой:

— Да я понимаю… но все равно…

Я потянула ее за брючину, заставила опуститься на скамейку и снова обняла:

— Ничего. Завтра потерпишь, потом пару дней поболит, а там уже и забудешь. Нос задышит, почувствуешь себя другим человеком.

Она снова ответила мне тем же взглядом и вздохнула:

— Это точно, — но я видела, что внутри ее гложет явно не мысль о предстоящей завтра операции.