2
0Пока бабка еще в силе была, навещали, внуков на лето подкидывали, а как умом слабеть стала, сразу забыли. Вот такая история.
– Грустно.
– Да, уж точно не весело. Так вас на автовокзал?
– Если вам не трудно.
– А чего трудного? Тут через частный сектор до вокзала пять минут езды...
«Уазик» лихо развернулся, поднимая клубы пыли, покатился по разбитой дороге.
Городок производил тягостное впечатление: узкие улицы, рытвины на дорогах, обшарпанные дома, чахлые деревья, уставшие от полуденной жары пешеходы. От вчерашнего ливня не осталось и следа. А может, тут и не было никакого дождя? Может, здесь зона какая аномальная?.
Они въехали в частный сектор, и пейзаж стал веселее. Дома уже не выглядели такими запущенными, как в центре, и даже листва на деревьях казалась зеленее, а воздух прохладнее.
«Уазик» резко затормозил на бог весть откуда взявшемся в этой глуши светофоре. Полину бросило вперед. Альбом соскользнул с коленей, упал под ноги, на черный резиновый коврик. Она чертыхнулась, потянулась следом. Коврик сдвинулся, под ним, на грязном полу «уазика», тускло поблескивал какой-то предмет. Ей понадобилось мгновение, чтобы понять, что это такое.
Кусунгобу – японский нож для совершения сэппуку. Она уже видела его раньше, в коллекции Ядвиги...
Полина замерла, сердце перестало биться, ухнуло вниз, на грязный резиновый коврик. Наверное, ей не хватило выдержки, или невозмутимости, или хорошей реакции. Поднимая с пола альбом, она уже знала, что выдала себя.
– Упс! – Милиционер Вася широко улыбнулся своей голливудской улыбкой. – А я все думал, куда ножичек подевался?
Полина схватилась за дверную ручку.
– Тихо, – в бок уперлось что-то твердое, она даже подумать боялась, что именно.
– Неудобства?
– Пока это лишь неудобства. – Вася продолжал улыбаться. – Мы не поедем на вокзал, – сказал извиняющимся тоном: – Мы поедем ко мне домой. И выбросьте из своей хорошенькой головки всякие глупости, не вздумайте поднимать шум. Вы же не хотите, чтобы я прострелил вам селезенку, а?
Полина мотнула головой.
– Вот и хорошо. – Не сводя с нее глаз, Вася нагнулся, подобрал нож. – Изящная вещица. Хотя лично я предпочитаю что-нибудь более функциональное.
"Армейский нож... Она пыталась быть сильной и храброй, но ужас гладил липкими пальцами спину, щекотал горячим дыханием затылок. Но при всем при том мозг упрямо отказывался воспринимать обаятельного, простоватого милиционера Васю бездушным убийцей. Мозг продолжал считать происходящее нелепой ошибкой. Просто парень заигрался, перефантазировал, сбился с верного пути. Так ведь бывает. Особенно с теми, кто пережил стресс. А он был на войне, и один бог знает, что он там видел.
