5
0– Сейчас забегу в соседний подъезд, письмецо одно брошу, и мы вернемся на свои рабочие места. В отличие от этой жирафы нам есть что делать. Кстати, осталось время и для перекуса.
– Какое письмецо? – заволновалась Настя. – Кому?
– Я тебе потом все расскажу, – пообещала Маринка и добавила: – Боюсь, как бы ты не сглазила.
Настя не верила подобным россказням: кто-то кого-то сглазил, кто-то на кого-то навел порчу, кто-то кого-то приворожил. Если последнее было бы возможно, то она решилась бы на этот шаг, не задумываясь. Приворожила бы к себе Владика, вышла бы за него замуж и целыми днями любовалась бы его привлекательной внешностью. А поговорить? Поговорить они могли бы о литературе. Разве это плохо – говорить о высокохудожественных произведениях? Постоянно говорить об одном и том же, безусловно, плохо. Вот если бы Владик мог поддержать разговор о покупках, современном стиле, если бы с ним можно было обсудить какой-нибудь винтаж… Показать ему выбранное платье! Интересно, как бы он его оценил?
Нет, разговаривать с Владом о высоком больше не хотелось.
Но так хотелось с ним разговаривать! А Римма постоянно торчала у себя, и не было никакой возможности как бы невзначай поинтересоваться, мол, а где же ее кавалер, придет ли ее встречать сегодня. Настя представила, как она зайдет в кабинет и задаст эти вопросы Вишневской, та от удивления уронит авторучку и наговорит ей гадостей. И правильно сделает, между прочим. Это похоже на соблазнение чужого бойфренда. До чего они с Маринкой докатились! А что делать, если в их возрастной группе все нормальные мужчины уже пристроены к дамам сердца?!
Вишневская совершенно не подходит на роль дамы сердца Владика. Нисколечко, ни чуть-чуть. Римма смотрится с ним мамашей, заботливо опекающей ребенка и ограждающей его от назойливых девиц. Да, Настя назойлива. И это результат Маринкиных внушений и профессорских брошюр.
Настя поднялась и открыла дверь, надеясь поймать Римму, когда та отправится курить к излюбленному подоконнику. Специально отведенного для этого места в загсе не было. Из всех дам курили только двое: Шаманская в своем кабинете и Римма у подоконника. Сегодня она там не появлялась. Настя расстроилась. Неужели бросила?"
"Как-то Римма признавалась ей, что бросать курить ей нельзя ни в коем случае, тогда она сразу же поправится. Один раз она попыталась бросить вредную привычку, собираясь вести здоровый образ жизни и бегать по утрам вдоль набережной. Тогда у нее намечался роман с одним бегуном. Но так и не смогла. Вернее, бросить-то бросила, да вот только на жесткой диете усидеть не смогла. А спортивный кавалер, завидев ее непомерно округлившиеся формы, выбрал для своих забегов другую партнершу.
