Лозоходец

Ребятня крутилась рядом, интересно поглядеть, как я воду им верну.

Я обвязался верёвкой, конец отдал Матвею и Куланбаю, подхватил ведро и лопату, мужики потихоньку травили трос, опуская меня вниз. Воды в колодце было по колено, и правда, ушла. А та, что осталась. И водой-то её не назовёшь – грязная жижа. Не сам колодец засорился, кто-то постарался над этим. Всё дно завалено глиной и мусором, ладно потом расспрошу, как дело было. Я взялся за лопату, сгребая сор в ведро, вниз спустилась ещё одна верёвка, к нему и привязал ёмкость за ручку. Наполнив, дёрнул, Куланбай вытянул ведро наверх, вытряхнул, опять спустил мне. Так, потихоньку очищал колодец от сора. Дело долгое, скрупулёзное. Оставь хоть часть мусора, и вода вновь портиться начнёт. А будет ли она здесь? Почему так резко обмелел колодец? Непонятно.

Время близилось к обеду, когда удалось собрать всё, что сюда накидали. Я глядел себе под ноги, вспоминая, что делал мой предшественник. Вздохнул и решил попробовать сам, опустился на колени, прижав руки ко дну, закрыл глаза, пытаясь почувствовать грунтовые воды. Пока лопатой работал, холода не чувствовал, теперь же озноб пробрался под кожу, мышцы ног сводило, пальцы теряли чувствительность. Вода закралась под одежду, вымыла последнее тепло. Зябко, сыро. И не чувствую ровным счётом ничего.

Дрожа всем телом, поднялся. И как дальше быть, не знаю. Наверх же и подниматься стыдно. Как в глаза людям глядеть? Делать нечего, снова опустился в воду. Зажмурился как мог, постарался унять озноб, продирающий тело с ног до головы, выкинул все мысли.

Вобрал воздуха побольше. Задержал дыхание. Резко выдохнул!

И вдруг…"

"Под ладонями точно зашевелилось что-то живое. Неужели?.. Вода? Ощущение похожее, когда опускаешь руку в речку. Течение скользит сквозь пальцы, ластиться к ладони, точно кошка. Так и здесь, только под землёй, неглубоко. Отчего же колодец пуст? Странное оцепенение охватило меня, и через секунду я будто смотрел на себя со стороны. А в голове всплывали образы чужие. Видел, как сверху в колодец посыпалась глина, за ней мелкий сор: ветки, листья. И вода… обиделась. И так бывает? Ушли грунтовые воды глубже. Не придумав ничего лучше, я стал звать их обратно, мысленно рассказывал, что вычистил всё, мусор убрал, хорошо теперь в колодце. Не знаю, сколько простоял так, только очнулся, когда почувствовал, что вода поднялась выше, к самому подбородку. Ключ пробился не подо мной, где-то сбоку. Заполнялся колодец.

– Тащи! – дёрнул я верёвку, прихватив с собой лопату.

Трос рванулся, подхватил меня и потихоньку потянул наверх. Скоро я стоял под жаркими лучами солнца, дрожа, как заяц под осиной.

– Я баньку истопил, – прогудел Матвей басом, – идём, пока не застудился.

Отказываться не стал.