Ловец

Затронул он тему и усиления, а так же подавления магических способностей через зелья. Как оказалось, не только зелья. Его руководитель работал над тем, чтобы создать газ, при распылении которого сила мгновенно уменьшается в разы, но не исчезает, а как бы «консервируется».

На мой вопрос: «Зачем такое вообще нужно?» — Зак ответил:

— Представь себе пирокинетика, дар которого вышел из под контроля. Такому не вольешь зелья, когда он охвачен огнем. А тут — распылил вокруг — и даже у юного мага, который не смог обуздать свою стихию сам, огонь все равно погас. Его сила просто на время заблокируется, — куратор попытался донести до меня все максимально просто, но потом с грустью добавил: — Только он пока не может убрать побочный эффект от своего газа: при превышении его дозировки дар может выгореть напрочь. Причем, если его сила окажется достаточной, а давление внутри резерва — слишком высоким, то маг не просто выгорит. Он может умереть от детонации энергии резерва.

— Так может тогда и вовсе лучше не экспериментировать? — задала я вопрос исключительно чтобы что-то сказать.

— Почти все лекарства в больших дозах — яды, — мягко ответил Зак. — Но от этого они не перестают быть лекарствами в малых дозах. Так и здесь.

Я вспомнила одно такое «лекарство», которым меня потчевали матушка, а потом и муженек и осталась при своем мнении.

Зак, словно почувствовав мое настроение, сменил тему, и от теории мы перешли к практике. Как оказалось, управлять потоком магии, брать из резерва столько, сколько точно нужно для простейших заклинаний не легче, чем выдергивать нитку из цельнотканого полотна.

У меня не получалось, но Зак каждый раз помогал: прикосновением руки, словом, взглядом. Не интимным, но нежным. Его терпение, забота, внимание, окутывали, укрывали лучше любой шали, берегли от ошибок.

В какой-то миг у меня получилось. На ладонях заплясал огненный шар. Пара дюймов в диаметре, но главное, я полностью контролировала это пламя.

— А теперь медленно втяни его в ладонь, — напутствовал Зак.

Я представила, как лепестки огня медленно уходят обратно, под кожу и пламя послушно стало исчезать.

— У меня получилось! Получилось! — я сжала кулаки в победном жесте, а потом от избытка чувств обняла Зака.

А он подхватил меня, закружил, крепко прижимая к себе. А невесомо прикоснулся губами к ключице, шее, ямочке за ухом и прошептал:

— Умница.

Я чуть отстранилась. В его взгляде была видна неприкрытая гордость. Гордость за меня, мой успех.

Мы так и замерли: друг напротив друга. Этот миг разбил звонок своей всепроникающей трелью. Зак нехотя отпустил меня, и очень вовремя. Дверь в классную комнату широко распахнулась, явив взлохмаченного Клима.