Ловец

Я почувствовала, как талмуд тяжелеет в руках, а края его обложки становятся острыми. Книга мстила, как могла, своей непутевой хозяйке.

Идя за куратором в аудиторию, в мыслях прикидывала, как задобрить собственный учебник, и задумавшись, не заметила, что Зак остановился. Врезалась прямо в его спину. И отлетела бы, плюхнувшись на то место, которое участвует во всех сферах человеческой жизни, от учения до приключения, но меня успел подхватить обернувшийся куратор.

Я так и зависла в прогибе, поддерживаемая за талию Заком, с книгой в руках. Вторая рука куратора аккуратно легла мне под лопатку. Поднимал меня бывший жених медленно и аккуратно, как хрустальную статуэтку, а потом…

— Знаешь, Шенни, не хотел дарить тебе это в коридоре. Боялся, что случайный свидетель все не так поймет, — с этими словами Зак протянул мне сверток. — Это тебе.

Я недоверчиво глянула на куратора.

— Это за брата. Он вчера пришел домой в третьем часу ночи. Весь мокрый, грязный и молчаливый. Зашел ко мне в кабинет. Я за работой бывает и до пяти утра засиживаюсь, — словно оправдываясь, пояснил Зак. — И поклялся, что больше никогда, никогда не будет участвовать в гонках. Сам. Добровольно. Принес мне клятву древних. На крови. — куратор говорил, словно клинком слова отсекал, чеканил. — А потом рассказал все.

Я чуть не взвыла. Вот трепло! Мысли у меня были сплошь членовредительские и все адресованы одному юнцу.

— Поэтому я безмерно благодарен тебе, Шенни. За то, что ты сумела донести до Клима простую истину, которую от меня брат слышать не хотел. Пусть и так, после этих проклятых гонок, но я рад, что он наконец-то одумался.

Он замялся, не зная, что сказать еще, и повторил.

— Это тебе. Подарок в благодарность.

Произнесено это было так искренне, что отказать я не смогла. Протянула руку к свертку. Под пальцами зашуршала оберточная бумага, и в моих руках оказалась шаль.

Увы, я знала, сколько стоит это ажурное полотно. Теплое, согревающее даже в лютые морозы лучше меха, это вязанное чудо могло пройти сквозь кольцо, не застряв. И стоило оно в три раза дороже, чем мы вчера, вместе взятые с Климом, выиграли."

"С губ уже хотели сорваться слова о том, что это слишком дорогой подарок, и я не вправе его принять, как Зак подошел и собственноручно накинул мне шаль на плечи. Чуть задержал свои руки на моих и прошептал:

— Прошу, не отказывайся. Иначе мне придеться ломать голову над другим подарком. А если думаешь о цене, поверь, то, что ты сделала для Клима, стоит намного дороже.

Потом, словно опомнившись, что он куратор, а я его подопечная, резко отстранился. Шаль нежно обнимала плечи, а я поняла, что этот подарок — гораздо лучше дежурного букета цветов или украшения. Он пропитан заботой, вниманием, пониманием и уважением.

— Спасибо, — сказала и оробела.