А я продолжила:
- Может вы просветите меня? - положила руки на вытянутые на постели ноги, но не переставала улыбаться.
Хотя готова была рвать и крушить все вокруг. Внутри все клокотало от боли и горечи потери. Душила обида на такую несправедливость жизни. Чем я заслужила такую жизнь? Когда успела согрешить? Смогу ли выдержать это испытание?
Только не при этой женщине, ставшей такой отвратительной. Она не будет упиваться моей слабостью. Не позволю.
- А давайте, я вас просвещу в этом вопросе. Знаете, я ведь я отучилась первый курс университета до прихода в вашу семью, - начала с больной темы для бывшей свекрови.
Она ненавидела то, что мне вообще было разрешено учиться так долго. Ведь неженское это дело. Вот вести домашний быт - это дело очень нужное. Важно, чтобы всегда и везде была идеальная чистота. Поэтому ей нужно посвящать как можно больше времени. Но теперь это в прошлом…
- Поэтому, - смерила ее холодным взглядом, - читать я научилась отлично, - мой голос сочился сарказмом. - Оттого, я предалагаю вам следующий вариант…
Сделала паузу, чтобы она прониклась тоном моего голоса.
В то день пришлось защищать тогда еще мою стеснительную сокурсницу, которую обвинили в краже какого-то очень дорого украшения у одной из богатых девушек. Та богачка, в окружении таких же себе подобных, позарилась на мою густую шевелюру, когда поняла, что ее словесное оскорбление меня ничуть не задевает. А вот моя едкая ирония в ее адрес вывела девушку из себя. Потому что все предполагаемое время «кражи» сокурсница не отходила от меня ни на шаг.
Тогда, та зажравшаяся молодежь нашла на ком оторваться, чтобы развеять свою «скучную« богатую жизнь. Но цеплялся кому-то ы волосы я умею отлично.
Такую же зарвавшуюся женщину я видела и сейчас перед собой. Но пришло время сказать правду, чтобы вернуть с небес на землю ее:
- Вы ведь забыли, что мы живем в правовом обществе. И у каждого человека есть как обязанности, так и права. Да, - протянула, когда женщина давилась возмущением все больше, - представьте себе.
Каждое слово выговаривала четко и ясно. Чтобы уж точно она поняла что от нее требуется. И она застыла статуей в недоумении.









