5
0
Я не видела, что присходит там. Но слышала как все же с треском открылась дверь, как закричал мужчина, которого я когда-то называла отчимом.
Топот нескольких пар ног и я вжимаюсь еще сильнее назад.
Отчим что-то кричат про то, что это частное владение и он вызовет полицию. А потом звук резкой пощечины, который зазвенел в ушах. И короткий жесткий приказ сквозь зубы в тишине:
- Уведите.
Веки сами собой распахнулись.
Имирхан. Это его голос. Но я так боюсь ошибиться, что застываю на месте. И жду.
- Эльнара, - зовет знакомый голос. - Эльнара, я пришел за тобой. Это Имирхан.
С трудом отнимаю руки от губ, но сказать ничего не получается - челюсти слишком сильно сомкнуты. Ноги тоже не двигаются. Я будто заперта в собственном теле.
Застыла, не могу пошевелиться.
Это все страх. Так бывало раньше. Когда посмела отказать маме. И в тот раз отчим тоже вызвался проучить меня. То предательство все еще засело в голове…
- Эльнара, - испуганный голос Имирхана совсем рядом.
Понимаю глаза и понимаю, что тюль передо мной раздвигается. Смотрю выпученными глазами и как только вижу лицо Имирхана, бросаюсь ему навстречу.
Слышу свой плач будто со стороны.
- Все хорошо. Они тебе больше не навредят, Эльнара. Все хорошо…
Имирхан говорит что-то еще успокаивающе и крепко обнимает. Вибрации его голоса действуют умиротворяюще. Прячу на его груди лицо и не могу перестать плакать.
Он снова успел. Снова вмешался. И вновь спас. Теперь только от тех кто называл себя моей матерью и отчимом. В прошлый раз от мужа.
Имирхан
Эльнара как за спасительный круг прижималась ко мне.
Хрупкая, беззащитная.
Чтобы не говорил ей про то, что не дам больше в обиду кому бы то ни было, она все плакала.
Со злостью осознаю, сколько всего ей пришлось перенести в этих стенах с теми, кто выдавал себя за ее настоящих родителей.
Психолог говорила, что принять факт обмана Эльнара будет тяжело. Она, скорее всего, будет опровергать поначалу этого. И сама захочет выяснить правду. Ведь она считала ту женщину, изверга, моей матерью. Она росла с этой мыслью. И вот так в одночасье с этой мыслью не расстанется.
Поэтому нужно было сначала развестись с мужем ей, а потом бы поговорить насчет ее родителей.
Только Мария поторопила события. Понятное дело, она хотела лучшего для дочери своей покойной подруги, но она не разговаривала со специалистами по поводу ее состояния. И специалист же сказала, что может понадобиться либо длительное лечение, либо же всего несколько сеансов. Но опять же, точно можно будет сказать что-то после очной встречи.
И вот сейчас, прижимая хрупкое тело Эльнары к себе не хочу, чтобы она так страдала.
