Лорд, который влюбился

Рэйнер сразу погрустнел:

– М-да, тогда точно в лазарет, – признал он неохотно.

Не успела я обрадоваться, как прозвучало:

– Но я обезболю, Эрика.

– Н-не надо, – выдохнула я, отступая и ловя новую вспышку боли.

– Обезболю и провожу, – добавил магистр. Тон возражений не предполагал.

– Меня проводят парни, а…

– А парням самим нужно отдохнуть после игры, – вновь перебил Варкрос. Лишь теперь удостоил адептов взглядом и поинтересовался хмуро: – Кстати, а где ваш четвертый? Тот, с рыжими волосами?

– Болен, – ответил Макс.

– Ясно, – сказал Рэйнер, только сам слов Максиона будто и не заметил.

Еще миг, и…

– Вы свободны, – реплика, посвященная моим товарищам. Точнее, почти приказ, но не важно, лично меня интересовало другое: бросят или не бросят?

Увы, поспорить с замещающим преподавателем не посмели – потенциальные защитники хмуро потопали прочь.

Я такого развития не ожидала, и замерла с приоткрытым ртом, а едва дверь закрылась…

– Так где болит? – поинтересовался Варкрос.

Я вопрос проигнорировала, вместо этого задала собственный:

– Вы за мною следили?

– А что нельзя? – улыбнулся этот… этот… Ну вообще!

Нет-нет, боевые маги – отдельная категория, и к этому все давно привыкли, но есть же законы Империи, защищающие личную жизнь и пространство! Рэйнер мог хотя бы соврать ради приличия, ведь и так приставил ко мне Ирму, да и Хранитель, как понимаю, теперь следит.

– Эрика, а как вы хотели? – Рэйн вроде посерьезнел, но усмешка осталась. – Вы гуляете по ночам, используете заклинания вне полигона, в целом ведете себя подозрительно и на вопросы не отвечаете.

– Для слежки нужны основания, – напомнила я раздраженно.

– Давайте обсудим это, например, завтра? – вновь перебил магистр.

С этими словами он поднял руку, и на кончиках пальцев засветились нити исцеляющей магии.

– Так где обезболить?

– Нигде! – уверенно сказала я.

Круто развернулась, чтобы едва не рухнуть от накативших непередаваемых ощущений. Зато умудрилась не заорать – правда губу ради этого закусила дочти до крови.

– Еще одна причина почему женщинам и девушкам не место в боевых отрядах, – без тени сочувствия сказал Рэйнер.

Было больно, а стало еще и обидно. Настолько, что я сделала глубокий вдох и, повернувшись, выпалила:

– Меня орочья голова за зад укусила. Довольны?

По губам нежеланного жениха скользнула едва заметная улыбка, но голос прозвучал серьезно:

– Почти.

Полсекунды на противостояние взглядов, и я, зажмурившись, припустила край штанов, частично обнажая ранение. Затем тихое фырканье и прикосновение к моему… ну почти бедру.