10
0Почему столько вопросов?
– Начал готовить очередной материал и узнал, что Кузнецов жив.
– Сволочь!
– Что он не так сделал?
– Не он! Роберт! Мерзавец!
– Кто такой Роберт?
– Гаденыш.
– Как фамилия, отчество Роберта?
– Роберт Николаевич Кузнецов.
– Брат Матвея?
– Не родной! Левый родственник. Хотите подробности?
– Да.
– Живу на пенсию, она смешная.
– С удовольствием заплачу за информацию. Сколько?
– Двадцать тысяч. Дорого?
– Согласен. Где встречаемся?"
"– В библиотеке. Адрес сейчас напишу.
– Хорошо. Приедет моя помощница Виола. Когда ей приехать?
– Можно сегодня до девяти вечера. Деньги наличкой.
– Конечно.
– Пусть спросит Лидию Карловну. Жду.
Василий оторвался от экрана.
– Поговоришь?
Я встала.
– Давай адрес.
– Выйдешь из офиса – топай до первого перекрестка, – пробубнил Бурлаков.
– Наверное, на машине быстрее, – улыбнулась я.
– Нет, – возразил Вася. – В центре теперь повсюду одностороннее движение. Ничего не имею против мэра Москвы, он мне даже нравится. Хорды построил. Особенно приятно, что по Северо-Восточной москвичи бесплатно ездят, а остальным – денежки в кассу, пожалуйста. Прямо зауважал городского главу после такого решения. Наконец-то он вспомнил, что в столице есть коренное население, которое поддерживать надо. А то о белых медведях заботятся, гастарбайтеров, как родных, любят, а о тех, кто в Москве родился, учился и работает, забыли. Нас скоро меньше, чем полярных мишек, станет! И респект главе города, что старикам программу «Долголетие» сделал. У меня тетка то на танцы ходит, то на экскурсии ездит, то на концерты ей билеты дают, научилась компьютером пользоваться. И все бесплатно. А вот по поводу движения машин в центре у меня ко градоначальнику вопросы есть.
– Адрес скажи, – остановила я Василия.
– Сбросил на телефон. Идти недолго, повезло тебе.
Вася оказался прав. До двери библиотеки я дошагала быстро, открыла дверь и сразу увидела женщину в строгом костюме.
– Вы Виола? – быстро спросила она. – Пойдемте в мой кабинет, там поговорим.
Заведующая открыла дверь.
– Устраивайтесь. Не шикарно здесь, но уютно. Чайку? Кофейку? У меня машинка есть! Сама не люблю кофе, держу для гостей. К нам порой писатели приходят. Популярных не заманить, мероприятия в библиотеках для них несерьезны. Ну сколько мы народу созвать можем? Человек тридцать – предел!
Дверь приоткрылась, появилась симпатичная бабушка с книгой в руке.
– Лидочка, – начала она, потом ойкнула и, проявив несвойственную пожилым людям прыть, умчалась.
– Это Алина Михайловна, заведующая читальным залом, – пояснила Лидия Карловна. – Память у нее дырявая. Забывает, что хотела!
Дверь опять распахнулась. Теперь я увидела двух женщин. Одну – очень худую, другую – излишне полную. Вторая держала пакет.
