Людоед на первом этаже

- Этого я и боялся, - сказал Людоед и пошел включать телевизор.

Поскольку Людоед явно пребывал в своем самом яростном настроении, Каспар осмеливался лишь молча сидеть над картой Южной Америки, пытаясь выбрать проект для географии. Людоед бросил на него несколько раздраженных взглядов, но ничего не сказал. Телевидение предоставило его любимый сорт программ – тот, в котором чиновники и министры объясняют, что страна находится в состоянии значительного кризиса, но они делают то и это и еще другое, чтобы выйти из него. Каспар подавил несколько зевков, вызванных скукой, и задался вопросом, как его мать это выносит. Она спокойно проверяла длинные списки, которые, скорее всего, относились к ее завтрашней работе. Каспар думал, что сам он, если бы не пребывал в столь приятном трепете от предстоящих полетов, ни за что не смог бы этого выдержать."

"А потом довольно-таки громко зазвучали «Индиго Раббер» – с середины их лучшей песни. Каспар поднял голову и почти пожалел, что не находится в столовой. То ли аппаратура Дугласа была в десять раз лучше, чем у него, то ли пластинки нуждались в чистке сильнее, чем он полагал. «Индиго Раббер» звучали великолепно – хотя лучше бы один из друзей Дугласа не начал в тот же момент, запинаясь, подбирать песню на гитаре.

- Это невыносимо! – воскликнул Людоед и включил звук телевизора на полную мощность.

Результатом стал поистине кошмарный шум, когда министр жужжал по поводу торговли, а «Индиго Раббер» храбро соревновались с ним изо всех сил, на какие были способны.

- Я сойду с ума! – скривившись, зарычал Людоед.

- Не сойдешь, - засмеялась Салли. – Убавь звук. Я хочу составить список людей, которых мы приглашаем на прием.

Людоед, конечно же, отказался убавить звук. Так что они с Салли были вынуждены в течение следующего получаса или около того орать друг другу имена, перекрикивая шум. У Каспара начала болеть голова. Его мать тоже выглядела измученной. К счастью, после этого Дуглас и его друзья взялись играть песни «Индиго Раббер» на гитарах – хотя и пронзительно, зато не настолько громко.

- Не отправить ли их по домам? – несколько раз спрашивал Людоед, но Салли не желала и слышать об этом.

- Я хочу доделать приглашения, - сказала она.

- Ты, должно быть, железная, - в итоге заявил Людоед.

Потом он заметил Каспара и велел ему идти спать. Будучи только рад уйти, Каспар начал собирать свои карты и бумаги, когда в прихожей раздались голоса, и в гостиную радостно влетел Дуглас.

- Я… - начал он.

- Я не собираюсь терпеть тебя и твой шум здесь, - сказал Людоед.

Дуглас застыл, став подавленно вежливым.

- Прошу прощения, отец. Я только хотел спросить… Понимаешь, мои друзья собираются на дискотеку. Могу я тоже пойти?

- Нет, - ответил Людоед.