Люфтваффельники

Федя сразу протянул старшине початую бутылку коньяка и внушительный кусок какого-то мясного блюда, источающего божественный аромат.

— Командир, выпей за меня и мою прекрасную жену Лейлу.

Старшина не вынимая щетки изо рта, так как обе его руки были заняты, пробубнил дежурный, но весьма проникновенный тост, желая Федору крепкого здоровья, чтобы активно плодиться и размножаться, и присоединился к нашему пиршеству, сетуя на то, что опять придется идти и чистить зубы.

Мероприятие «свадьбы» проходило весело и беззаботно, но дисциплина превыше всего и в 22.

55. мы начали самостоятельно — без напоминаний, сворачивать «банчок», чтобы не подводить любезного старшину и не навлекать на него гнев дежурного офицера по училищу.

Пока наводился порядок, ребята тут и там в спальном помещении начали рассказывать новые анекдоты, которыми обогатились во время проведения летнего отпуска. В ответ посыпались смешки, повсеместно переходящие в разудалое ржание. И все было бы замечательно, если бы старшина не решил подвести итог нашего замечательного вечера своим анекдотом — «домашняя заготовочка», так сказать.

Итак.

— Парни, слушай сюда! Последний наисвежайший анекдот и спать! Короче, летит самолет, например рейс «Душанбе — Свердловск» (Мумин улыбается ослепительной белозубой улыбкой). В самолете летит «чурка», пусть будет таждик (Мумин перестает улыбаться), живописный такой чурка — весь в бурке, в халате, в лохматой шапке, воняет овчиной! (Мумин замирает и напрягается) А на руках держит живого барана! (Мумин заузил свои черные глаза). К этому «чурке» подходит стюардесса и говорит: «Товарищ саксаул….

» (Мумин болезненно скривился и поправляет старшину: «Аксакал») Ну да, саксаул, аксакал, какая хрен разница, неважно! Вот кстати, пусть этот аксакал, допустим Мишкин отец (Мумин категорически напрягся и сжался как пружина) короче — хуё мое, собачьи яйца, товарищ аксакал-саксаул, Вы зачем барана в самолете везете?! А «чурка» и отвечает: «Это, моя красавица, не баран! Это бакшиш — подарок значит, а настоящий баран в военном училище учится…»

— Зарежю шакаль! — Миша неожиданно бросает свое тщедушное тельце на громадного старшину.

Ничего непонимающий Игорь Мерзлов оторопел и как пушинку откинул от себя внезапно рассвирепевшего таджика. Все в шоке — за годы совместного обучения, Мишка прослыл законченным тихоней.

Тем временем, отброшенный в спальное помещение, Мумин подбегает к своей кровати и рывком сбрасывает матрас, подушку, одеяло — все спальные принадлежности прямо на пол и с оголившейся панцирной сетки хватает толи очень длинный кинжал, толи очень короткую саблю.