2
0Девчонки выглядели намного лучше. Представляю, какой фурор произвел Антон у себя в городе. Особенно с его-то понтами.
— Знаешь, они все говорили — о, ты так рано женился. Ничего, скоро разведетесь. С первого раза ни у кого не бывает удачно. Перебеситься надо, понять, чего хочешь от жизни и от женщин. Разумно, правда?
Он так резко повернулся ко мне, что я вздрогнула.
Хищно и мягко вернулся к дивану, скользнул на него, прямо ко мне, завороженной рассказом. Не стал ничего спрашивать, не стал постепенно готовить — сразу обнял, прижал к себе, уткнулся в волосы. Переплел наши пальцы. Я не сопротивлялась. Мне тоже нужно было сейчас, чтобы меня кто-нибудь обнял. Даже он.
Особенно он.
— А мы с тобой, помнишь, ссорились… И готовить ты не умела, — проговорил он как-то глухо, сдавленным голосом.
— Я и сейчас не умею, — зло отозвалась я.
— Да какая разница, Лесь. Разве в этом дело?
Молча пожала плечами. Если тогда для него это стало аргументом, значит и в этом тоже.
— В общем, я вдруг решил, что у меня ужасный брак. Что я совершил ошибку. Знаешь, особенно когда пьяный — такого надумаешь… Тут еще Катька подошла и стала рассказывать, что была жестокой сукой, когда меня посылала, что сейчас жалеет.
Я не дышала.
Антон обнимал меня, от него шло тепло, но изнутри меня начал распространяться холод. Мы дошли до той точки, где я не была уверена, что выдержу. Но и открыть рот и сказать ему «Замолчи!» тоже не могла.
Он поднял голову, я обернулась и увидела мокрые дорожки на щеках.
— Да, я провел с ней ночь, — твердо сказал Антон. — И да, я даже целовался.
Я закусила губу изо всех сил.
— Но я ее не трахнул. Не мог. Я был женат на тебе.
— Какая теперь разница? — я перевела на него ледяной взгляд. — Сейчас это все уже неважно.
— Мне важно, — упрямо сказал Антон.
— А мне нет. Мы тогда были идеально идеальной парой. Друг у друга первые, ни ночи не провели порознь. Знаешь, то, что называется целомудрие в самом глобальном смысле. Как безгрешные люди в раю. Но с тех пор у нас появились другие. Все разрушено. Все уже не то. Пропало что-то важное, какое-то сокровище.
— Для тебя сокровище — банальный секс? — Антон отстранился от меня, но смотрел только на мои губы почему-то. — Леся, а как же любовь?
Захотелось рассмеяться. Но я выпуталась из его теплых рук и встала. Где-то у Егора должно было вино оставаться, невозможно дальше этот разговор насухую вести.
Обернулась:
— Любовь? Ты ей замуж предлагал!
— Потому что я идиот! — Антон тоже встал и поперся за мной.
— И поехал потом к ней еще раз, потому что идиот? — я хлопала дверцами с такой силой, что соседи небось проклинали тихого мальчика Егора.
