Любовница отца

«Не плакать, Диана. Не плакать», — повторяю себе.

Я должна быть сильной. Я нужна маме и Иришке."

"Поднимаюсь со скамейки и возвращаюсь в больницу. Но уже не через приемное отделение, а с противоположной стороны. Не хватало, чтобы меня снова караулили журналисты.

Кстати, я так и не поняла… Этот мужчина, который назвался другом отца, настолько известен, что за ним всюду следуют с фотоаппаратами?

Я была настолько растеряна и подавлена, что его лицо осталось в памяти смазанным. Но почему-то очень знакомым…

* * *Пока иду по больничным коридорам, спрашивая дорогу до приемного отделения у пробегающего медперсонала, пытаюсь понять, откуда я знаю мужчину, оставившего мне визитку.

И вдруг, когда я останавливаюсь у одного из стендов, вспоминаю картинку из новостей.

""Константин Ильич, — спрашивала тогда корреспондент местного канала, — вы выделили спонсорскую помощь на ремонт первой городской больницы"".

Точно! Это был определенно тот мужчина. И он был знаком с моим отцом? Слабо верится. Но зачем ему лгать? И тем более предлагать помощь не только на словах, но и деньгами?

Не важно! Не стоит сейчас об этом думать. Лучше отправиться к Иришке и ждать новостей о маме. Не знаю, как с правилами посещения, но я готова сидеть в приемном на неудобном стуле, лишь бы ничего не пропустить.

Я открываю дверь палаты, где была сестренка, и тут же оседаю на пол. Кровать пуста, даже постельное белье убрано.

— Эй, деточка, — кто-то трясет меня за плечо, но я только мотаю головой.

— Де-девока, — пытаюсь сказать сквозь истерику.

Боже, ну не надо так со мной! Я же не выдержу.

— Эй, тихо, — все тот же женский голос.

Я не вижу лица, но перед взглядом мелькает бейджик с надписью ""медицинская сестра"".

— Девочка в порядке, поэтому ее и перевели в детское отделение. Немного там полежит под присмотром, а потом поедете домой.

Дом… А есть ли он теперь у нас? Пустая квартира, где нет запаха маминой еды и отцовского смеха, вряд ли может считаться домом. Я не представляю, как вернусь туда, где все напоминает о том, как мы были вместе счастливы.

— Господи, вот ты где! — слышу за спиной взволнованный голос Вики. — Мы тут с Максиком кое-что купили для Ирки. Зубная щетка, паста, мыло, пижама. Что нашли в ближайшем магазине.

Я поднимаюсь, вытирая слезы, и повторяю себе снова: ""С Иришей все хорошо"".

— Спасибо, — забираю протянутый пакет. — Вы с Максом поезжайте, я позвоню.

— Может, и ты с нами? — предлагает Вика. — Или мы останемся с тобой?

— Я попробую договориться… — только начинаю, как меня перебивает медсестра:

— Только дети до пяти лет могут ночевать с родителями. Увы.

— А если мы договоримся? — появляется из-за Викиной спины Макс.

Его договоримся означает одно — деньги.