Любовь зла, или Разрыв шаблона в действии

Разговор с Фёдором приподнял, убитое жарой настроение, но ненадолго.

Когда до конца пробки оставались считанным метры, и я уже нетерпеливо дергала ногой над педалью газа, внезапно запищал датчик давления масла.

Здрасте, приехали!

Означать это могло только одно – дальше мы с Нафаней поедем только на эвакуаторе.

Свернув на обочину, трясущимися руками заглушила двигатель и, выйдя из машины, стала лихорадочно рыться в телефоне в поиске нужного контакта.

- Ир! – раздался мужской голос, - Привет!

Я повернула голову и уперлась взглядом в блестящую серебристую иномарку, которая принадлежала моему бывшему мужу.

Обрадовался, значит.

Вот, только я что-то совсем не рада.

Едва Шерсттяков поравнялся со мной, как его загребущие грабли тут же потянулись ко мне в намерении, как понимаю, обнять меня «по-дружески».

- Только давай без этого, - моментально отскочила я, - Я, знаешь ли, терпеть не могу чужие лапы.

- Разве мы с тобой чужие, Ирочка? Столько лет были вместе! Знаешь, как я скучаю по тем временам?

После такого заявления чуть телефон не выронила из рук.

- Шерстяков! Ты куда ехал? Вот туда и держи путь дальше. Если ты решил просто поболтать о былом стоя на трассе, то я пас. Устала, как собака.

Шерстяков уловил мой совсем не ироничный настрой, обернулся на одиноко и даже как-то грустно подпирающего отбойник Нафаню и поинтересовался:

- У тебя что-то с машиной?

В голосе его звучало неподдельное участие, и я мысленно одернула себя: что я на него взъелась? Что было, то прошло. Нельзя же быть такой злопамятной.

- Похоже, масляный насос накрылся. Мне его два года назад реанимировали.

Наконец найдя телефон эвакуатора, набрала его, но трубку никто не взял.

- Давай я вызову? - тут же нашелся Шерстяков и полез за своим навороченным Айфоном последней модели.

- Давай, - согласилась я – глупо отказываться от небольшой помощи особенно из принципа.

Несколько минут бывший объяснял в трубку, где именно мы находимся, а потом повернулся ком мне.

- Все, скоро будет. Пойдем ко мне в машину. Там прохладно.

- Э-э-э, - заколебалась, - Я, пожалуй, тут постою.

- Пойдем-пойдем! Просто отдохнешь. На тебе лица нет.

Я сдалась, решив, что ничего плохого не будет в том, что я несколько минут посижу охлажусь.

Правда, лица на мне не было совсем по другой причине.

Два раза набрала полковнику, - а он не брал трубку.

Смутное беспокойство поселилось в груди и не отпустило, даже когда попа упала на прохладное кожаное сиденье Шерстяковой тачки.

- Минералку будешь? – бывший благоверный прям сама любезность.

- Не-а, - покачала головой.