6
0– Ты больше не человек-загадка, Лавренов Гедеон Георгиевич.
– Печально, – я состроил шутливую гримасу. – Только Светке своей не вздумай ничего рассказывать.
– Не переживай, я в курсе, что все конфиденциально.
– Можно мне добавки?
Яна с удовлетворением взглянула на мою пустую тарелку, куда сразу же положила еще один половник восхитительного супа.
Яна
Мне так хотелось спросить, почему он не празднует свой день рождения, но я не могла найти удобного момента или, скорее всего, просто не решалась из-за слов Владислава. Наверное, что-то случилось в этот день.
Он выглядел таким довольным, пока ел мой борщ.
Он посмотрел на меня так пристально, что меня тут же бросило в дрожь. Я не могла понять, чего он от меня хотел, наверное, ему просто скучно и он так развлекается. Уверена, такие взгляды достаются не только мне.
– Ты знаешь, что у тебя очень красивые веснушки? – вдруг произнес Гедеон, скользя взглядом по моему лицу.
– Не люблю их, – призналась я.
– Они – твоя особенность, – возразил он.
– Чаю? – предложила я, чтобы сменить тему.
– Нет, давай позже, – он встал из-за стола.
Пока я убирала тарелки со стола, Гедеон подошел к полкам с моими книгами и, как и в прошлый раз, начал их рассматривать.
Затем взял в руки фотографию в рамочке.
– Это твои родители? – мягко спросил он, глядя на снимок, на котором я стояла между папой и мамой на фоне цветущей яблони.
– Да, мы сфотографировались во дворе этого дома, как только купили тут квартиру. Четыре года назад.
– Ты одна в семье?
– Да. Я поздний ребенок, меня всегда баловали. Ужасно по ним скучаю, в последнее время видимся довольно редко.
– Как родители отреагировали на твою новую работу?
– Я им еще ничего не сказала, чтобы они лишний раз не переживали по поводу моей учебы. Вот получу диплом и сразу расскажу им все перед поездкой, – ответила я и поставила фотографию обратно на полку.
– Расскажи мне о своей семье. Ты говорила, что мама у тебя повар. А отец кем работает? – спросил Гедеон, продолжая внимательно смотреть на снимок.
– Он всю жизнь работал инженером на оборонном предприятии, – ответила я. – А сейчас заслуженно отдыхает.
Я обернулась и поняла, что стояла совсем близко к Гедеону. Вернее, это он вплотную подобрался ко мне и теперь приглядывался. Всякий раз, как он оказывался в зоне моего комфорта, я теряла над собой контроль.
– Чаю? – прошептала я.
– Давай, – он будто бы пришел в себя и медленно отстранился.
Пока я заваривала чай, ему кто-то позвонил. Он долго не отвечал, но потом все-таки принял звонок и жестко произнес в трубку:
– Я просил тебя никогда не звонить мне, – проговаривал каждое слово. – Нет. Не сегодня.
