Любовь и магия

– Моретта? – Джованни удивленно приподнял белые кустистые брови. – Кому могла понадобится Моретта? Странно, весьма странно….

– А что в ней странного? – пожала плечами Кьяра. – Маска и маска. К тому же довольно невзрачная.

Джованни пожевал губами и, с трудом встав с кресла, прошаркал к стеллажу со старыми фолиантами, что полностью занимал одну стену небольшой комнаты, служившей ему кабинетом. Долго рылся среди книг, проводя пальцем по корешкам и бормоча что-то себе под нос. Потом вытащил переплетенный в кожу ветхий том.

– Гляди, – проскрипел он, раскрывая перед Кьярой книгу и тыча узловатым пальцем с пожелтевшим ногтем в старинную гравюру, изображавшую венецианку в пышном платье с черной маской Моретты на лице. Из-за ее спины выглядывало существо с рожками, напоминающее черта. – Тут сказано, что маску придумал и изготовил Асмодей, демон похоти и разврата. Надевшая ее, ту самую, созданную демоном, полностью подчиняется его воле. А потом становится одержимой.

– Глупые сказки, – хмыкнула Кьяра. – Обычный кусок ткани или кожи.

– Не скажи. – Старик Батти рассмеялся каркающим смехом. – Эту маску очень ценил Казанова. А еще ее называют Отрадой Мужей. Знаешь, почему?

Кьяра, конечно же, знала особенность маски Молчаливой Служанки. Она полностью закрывала нижнюю часть лица, а чтобы удержать ее, обладательница должна была сжимать зубами особую кожаную петельку, пришитую к внутренней стороне. Тем самым надевшая Моретту дама лишалась возможности говорить и могла общаться только с помощью жестов.

– Послушайте, синьор Батти, – Кьяре начал надоедать этот старик с его сказками, – вы можете достать Моретту? У меня есть покупатель, готовый выложить за маску кругленькую сумму.

Старик посмотрел на нее с прищуром. Кьяре стало неуютно под его цепким, немигающим взглядом.

– Э… – вдруг протянул синьор Батти, хватая ее за левую руку, – да ты, девочка, еще и не замужем!

– А вам-то что за дело? – вспыхнула она, выдергивая руку из похожих на птичью лапу пальцев старика.

– Нехорошо… дзителле, то есть женщина, не имеющая мужа или постоянного мужчины – лакомый кусочек для дьявола… Нехорошо.

Кьяра возмущенно фыркнула.

– Не злись, – примирительно сказал старик. – Есть у меня Моретта. Старинная. Только дорогая очень. Меньше чем за десять тысяч не отдам.

Кьяра прикинула, что со странного покупателя можно будет вполне запросить двойную цену, и кивнула:

– Идет! Могу оставить аванс. После продажи принесу остальное.

Старик недоверчиво поджал губы. Потом сказал:

– Хорошо. Ты внучка Фабио Бьерджо. Я тебе доверяю.

Синьор Батти снова кряхтя встал с кресла. Дошаркал до старого шкафа с дубовыми дверцами, открыл одну и долго рылся в его темном нутре. Достал деревянный ящик, закрытый на изящный кованый замок.