9
0Тем более, что все чаепития проходят в разных местах!
Однако… Я была слишком наивной.
Как и в прошлый раз, меня встретила хозяйка чаепития, немного нервная девочка, по имени Брианна Тройст. Вначале всё было довольно хорошо, она бегло поводила меня по зоне банкета, извинилась и отошла.
И… Всё.
После этого, я ни с кем больше не общалась. Сама Адель, присутствующая на мероприятии, быстро собрала стайку верных подружек. Она игнорировала меня, не проявляя никакой видимой агрессии (но иногда я чувствовала на себе её ехидные взгляды).
Любые попытки поговорить с ребятами тотчас проваливались. Другие дети либо убегали от меня, либо отвечали крайне неохотно и также сбегали, сославшись на внезапные дела.
Итак… Ясно. Меня подвергли остракизму.
Учительница как-то рассказывала о том, что в обществе дворян есть один успешный метод давления на неугодных. Метод «обрывания связей». Никто с тобой не заговорит, твоё существование для остальных станет пустым звуком…
Я почувствовала привкус горечи на языке. Если так подумать… Остракизм начался ещё в тот день, когда я приехала на первое чаепитие.
Дело не только в Адель Эгле. Они с самого начала не собирались принимать меня.
Потому что я дочь Короля Демонов.
Они боятся моего отца. Считают его угрозой, монстром из самых страшных кошмаров. А я… Порождение этого монстра.
«Неужели ты так просто сдашься?» — возразило подсознание, — «Пусть они думают о тебе плохо… Разве это так важно? Только ты сама в силах всё изменить».
Я тихо вздохнула, качнув головой. Они собрались прогнать меня с чаепитий? Не дождетесь!
В конце концов… Мой папочка — Король Демонов. А это значит: как бы сильно я не шалила, никто не посмеет меня остановить.
Ну, держитесь! Пора играть по-настоящему.
И вот… На следующее чаепитие я принесла с собой Виолу. Кстати, тайком от Лиз! Тихонько протащила кошечку под пышной юбкой платья (которое временами подозрительно шевелилось).
Дети знати не изменили своим привычкам, всё также отстранённо встречая моё прибытие. Ну, держитесь… Улучшив момент, когда выносили торт, я выпустила крылатую кошку.
И села наслаждаться зрелищем.
Виола, вылетевшая на волю, тотчас разыгралась и первым делом (конечно же) насквозь продырявила торт. Девочки закричали, мальчики похватали деревянные мечи. Виола носилась над ними, вся измазанная в креме, дико мяукая и дергая за края одежды случайных жертв.
Фамильяр прекрасно чувствовала, что меня обидели и потому особое «внимание» уделила Адель Эгле.
Один из мальчиков попытался неумело ударить Виолу, на что я хмыкнула:
— Этот монстрик — подарок Его Величества. Каждый, кто тронет мою кошку — получит наказание в десятикратном размере.
— Т… Тебе это с рук не сойдёт! — выпалила багровая от гнева Адель.
