9
0— А кто был столь плох?
— Мальчишки… Всегда хуже девочек, — покачал головой Мадс, явно вспомнивший собственных непоседливых сыновей.
Однако, об одном он говорить отказывался.
— Вас правда называли Рубящим Клинком во время войны? — спросила я с живейшим интересом, надеясь на интересную историю.
Тогда сэр Мадс вдруг сгорбился, будто не хотел вспоминать те времена. Он промолчал, а я не решалась продолжать беседу.
Война Семи Королевств… Действительно отпечаталась шрамами на сердцах многих людей. И у моего отца — тоже.
Он пытался скрыть это от меня, но я заметила одну странность… Папа слишком часто пил успокаивающий чай перед сном. Этот чай ему всегда приносил один и тот же старый слуга. Только тогда Король Демонов забывался крепким и здоровым сном.
Однажды я понюхала этот чай и скривилась от тошнотворного, слишком сильного запаха лекарств. Мысли о нём мучили меня и позже, на занятиях с магистром Эйросом…
— Хельга сегодня слишком невнимательна, — пожурил меня толстячок, — что с вами приключилось, принцесса?
Я немного поколебалась и призналась:
— Мой отец… Постоянно выпивает чай с успокаивающими травами перед сном. И…
Я запнулась. Почему меня так сильно волнует подобное? Должно быть, сам факт того, что папе снятся кошмары… Вызывает невнятную дрожь в сердце.
— Хм… Неудивительно, — пробормотал магистр, — должно быть, время года…
Он качнул головой, будто потерявшись в собственных мыслях и, наконец, подытожил:
— Природный дар принцессы может ослабить душевные муки. Людям часто причиняет боль… Память. Подсознательные образы из прошлого, которые не дают заснуть. Но для вас разум — гибкая субстанция. Так что… Кто, как не леди Хельга способен излечить сердечные раны Короля Демонов?
— Моя искра…
До этого, магистр просто показывал методы медитации. Он учил меня погружаться в себя и медленно взращивать искру. Очень странные ощущения, честно говоря…
Ты закрываешь глаза и прислушиваешься к биению своего сердца. Расслабляешь все мышцы и пытаешься разглядеть в абсолютной тьме… Крохотный пылающий огонёк. Искру.
Когда я впервые углядела её свечение — была вне себя от радости! Но, со временем, пыл несколько поутих… Магистр учил меня прикасаться к искре, баюкать её внутренним голосом.
Но ничто, помимо этого, не развивало мой дар.
— Я ведь ничего толком не умею! — жалобно выпалила, прикусив нижнюю губу.
— Для всего нужна подготовка, юная леди, — укоризненно парировал магистр, — но, в любом случае, именно сегодня я собирался перейти к разбору вашего дара.
В тот момент я замолчала и приняла вид примерной ученицы.
