Лишняя Принцесса (СИ)

Судья вздохнул.

- Ну, что там у нас?

Стражник с поклоном подал ему книгу. Судья поменял очки, небрежно полистал страницы, в одном месте хмыкнул и посмотрел на подсудимого поверх очков."

"- Мда-а. Фэнтези, как и следовало ожидать. Взглянете? - он передал было книгу Первому помощнику, но тот раздраженно отмахнулся: он был еще старше Судьи и ничему уже не удивлялся в этой жизни, полной козней, интриг и несправедливостей. Второй помощник, молодой и рьяный, книгу взял и уткнулся в нее носом - он был близорук.

- Я думаю, всем все ясно? Что там еще за ним?

- Пять простых предупреждений, три строгих и шесть месяцев принудительных работ.

- Да-а, закоренелый тип. Ну что ж, остаются Рудники. Подсудимый, вам есть что сказать Суду?

- Ваша Честь!

- Только коротко.

- Ваша Честь! Господа! Я... Я не хотел ничего плохого! Клянусь! Мной... Мной руководило чувство... Чувство Прекрасного!

- Прекрасного? Вы называете вот ЭТО - прекрасным?!

- Да! Да! Что такое наше существование! Суета, серость, рутина, скука - одно и то же, день за днем, год за годом. Мне хотелось немножко украсить жизнь, подарить всем мечту. Сказку! Волшебство! Веру в чудо...

- В чудо?

- Да! Вы же знаете.

.. Не можете не знать... что там, за границами Бытия, есть многое... таинственное, неизведанное! Другие миры, загадочные формы жизни... Мы молчим об этом, закрываем глаза, а Оно - есть! И я хотел донести до всех... Я хотел, - подсудимый замолчал. Ком стоял у него в горле, он боялся заплакать - только этого не хватало. Героя из него не получилось. Все кончено.

Их привели на площадь, заставили подняться на помост. В центр площади Стражники сносили кипы книг, складывали в кучу. Плеснули горючки, и огонь занялся. Бумага с печатным текстом горела плохо, но все же постепенно разгорелась.

Едкий дым метался по площади. Зачитали приговор. Голос Судьи относило ветром, он надсаживался, сдвигал брови и грозил заскорузлым пальцем: ""Каждому должно быть... Порочному жанру фэнтези... Нужна добротная реалистическая... Как никогда... Суровая действительность... Неповадно будет... И мы не позволим..."".

Толпа стояла молча - у многих горожан среди приговоренных были родственники и знакомые. Он увидел Друга - тот скорбно глядел на него, поджав губы. ""А ведь я тебя предупреждал! - ясно читалось в его взгляде. - Предупреждал: брось это фэнтези! Ты рискуешь, ходишь по краю, рискуешь не только своей жизнью - хрен бы с ней, но и жизнями своих близких! Пиши детективы, пиши рассказы для детей, любовные романы, наконец! Ну, и ты видишь? Я был прав!""

Прав, прав.

Ты всегда прав. Поэтому я здесь, а ты - там. Оонн метался взглядом по толпе, вглядываясь в каждую женскую фигурку - но Возлюбленной не было видно. Может, это и к лучшему. А то Оонн бы не выдержал - и так уже на пределе, скорей бы все это кончилось... Скорей бы... Скорей...

Все кончилось.