5
0И с результатом того, что знаний о прошлом воплощении накопилось слишком много – сейчас они словно систематизировались, собирались в единый пазл.
Вместе с картинками в голове мелькали мысли о сумасшествии, но я отчаянно верила в лучшее. После того как избежала смерти от лап элементалей, я просто не имела права угодить в местный дурдом.
К вечеру стало хуже, и я уснула прямо в одежде. А проснулась посреди ночи от того, что на моё лицо легло нечто мохнатое. Я даже не сразу поняла, что это Огонёк.
Тот факт, что огненный кот сел мне на грудь и, повернувшись задницей, водрузил хвост на лицо, тоже осознала не сразу.
– Ну ты и хам, – сказала хриплым ото сна голосом. – А я ещё переживала за тебя, прикидывала, как пилить хранилище, чтобы тебя вызволить.
Страж повёл себя в лучших традициях кошачьих – не впечатлился. Зато послал ментальный импульс! Мол, хозяйка, покорми.
– Какой «покорми»? – возмутилась я. – Не видишь? Мне плохо!
После такого признания Огонёк повернулся мордой и принялся тереться мохнатыми бакенбардами о всё тоже многострадальное лицо.
– Сгинь, – буркнула я. Искры – последнее, на что я была способна в данную секунду.
Огонёк не внял, и тогда на помощь пришёл Дикарь – волк грозно забухтел и клацнул зубами. Страж отвлёкся, а я, пользуясь моментом, спихнула наглого кошака. Перевернулась на бок и вновь провалилась в сон."
"А вот проснулась более-менее бодрая и с чётким осознанием, что я – Ева Астарьева, и что моё появление в этом мире – большая ошибка. Вернее, не ошибка, а нечто неправильное. Я не должна тут быть.
Сев на постели, я обхватила голову руками. Воспоминания о прошлой жизни были не просто объёмными – я помнила вообще всё.
Родителей, сестру с братом, других родственников… Своё детство, школьные годы, юность… И точно знала, что не должна была родиться в этом мире. Да и родилась ли я? Или произошло что-то ещё?
Тот барьер, то стекло, которое отделяло какой-то кусок моей памяти, оставалось на месте. Я попыталась сосредоточиться на этих недоступных воспоминаниях, но ничего не произошло. Информация оставалась закрытой. Хорошо ли это? Плохо? Я не знала.
Очевидно было лишь то, что я живая. Живая! А раз так, то нельзя раскисать и опускать руки. Мне предстоит новый, наполненный событиями день.
Заставить себя подняться было трудно, но я справилась. В процессе осознала, что сил выгулять Дикаря всё-таки нет. Волк догадался без слов и, издав печальный вздох, снова плюхнулся возле шкафа.
– Прости, – сказала я. – Прогулку сегодня не осилю.
– Уау-у, – зевнув, ответили мне.
Кое-как я доползла до ванной, переодела платье. Потом заплела волосы в косу и проверила содержимое своей видавшей виды сумки. Постояла возле зеркала и, попрощавшись с питомцами, отправилась вниз.
