— Ты в самом деле подумала, что нужна ему?.. Ты?
— А что со мной не так, мама? — спросила я, ощерившись на мать после её слов. — Тем, что я родилась совсем не мальчиком и не совсем человеком?
— Не говори глупостей, — фыркнула мама. — Дело не в тебе, а в том, что это звери, Алексис. Понимаешь, звери? Ты же бывала в странах третьего мира, должна знать, что бывает, когда начинаешь доверять местным, которые живут по своим, доисторическим законам… Пока ты не в их власти, тебе улыбаются, тебя уважают, но как только сила переходит на их сторону — всё, ты пустое место.
Это было грубо и зло, однако я вынуждена была признать, что в словах мамы присутствовали крупицы правды.
— Нам очень повезло, дочь: когда-то твой отец вытребовал у нового английского Альфы обещание, что наш коллектив не тронут.
— Не тронут … оборотни?
— Да, — кивнула мама. — Людей мы не боялись.
— Даже тех, над которыми проводили опыты?
— У меня в то время возникла идея, как создать очень интересный прибор, который бы очень пригодился новому Альфе, — улыбаясь своим воспоминаниям, невпопад ответила мама.
— …щенок?
Я вообще не понимала о чем идёт речь. Вроде бы, вино пила мама, но смысл разговора ускользал от меня.
— Оборотни называют своих детей щенками, — охотно объяснила мама. — Тебе разве ещё не рассказали?
— Нет.
Мама кивнула.
— Так я и думала. Тебе просто нарисовали красивую, идеальную картинку, а ты купилась на это, как дурочка.
Я посмотрела на маму.
— Какие экспериментами вы занимались с отцом в лаборатории? В лаборатории… Я ведь там тоже гостила периодически, жила там — и не знала, что происходит за её стенами!
— Приятное чувство да, — осклабилась мама.
Мама налила себе остатки вина из бутылки.
— Я не хотела, чтобы тебя это как-то коснулась, Алексис. Но сейчас это тебе решать: останешься ли ты свободным человеком или будешь существовать по указке своего оборотня до конца жизни, Алексис. Оборотни ведь не разводятся.









