Летний лагерь свингеров

—Но внутри, это только я.—

Она посмотрела на меня и кивнула, ее глаза смягчились.

—Я имею в виду, я все еще волнуюсь и счастлив, или мне грустно и страшно. Я все еще беспокоюсь о том, сколько я вешу, и о миллионах других вещей. И я все тот же парень, который влюблен в тебя.—

Она покраснела и опустила глаза.

— Значит, я не изменился, — сказал я. — Мое тело изменилось, но я не изменился. Я все еще я. И я все еще люблю тебя.—

Она замолчала на мгновение, явно ошеломленная интенсивностью моей реакции.

Я сел и притянул ее руки к своим. Я ждал, когда она поднимет глаза, и когда она это сделала, я посмотрел ей в глаза.

—Что бы ни случилось...— Я знал, что произойдет, но не хотел об этом думать. —Я хочу, чтобы ты кое-что знала.—

Она сглотнула и кивнула.

—Я всегда буду любить тебя. Ничто этого не изменит. Ничего.—

На мгновение она не шелохнулась, и я запаниковал. Внезапно ее глаза наполнились слезами, и она практически бросилась на меня. Я откинулся назад с силой, с которой ее тело врезалось в меня, и мы оказались в траве. Все ее тело было на моем, и хотя я был ошеломлен, я чувствовал себя прекрасно. Я удивленно посмотрел на нее, и она крепко поцеловала меня.

—Я люблю тебя, я люблю тебя… — повторяла она снова и снова, целуя меня каждый раз.

***

Сьюзан вернулась в лагерь поздно вечером. Моя семья и семья Джины в тот вечер устроили большой ужин в доме Сьюзан. Пока женщины готовили ужин, папа, Мистер Колтер (он настоял, чтобы я называл его Крисом) и я сидели в гостиной и расслаблялись. Было немного странно сидеть с ними, но я чувствовал себя взрослым. Они выпили по пиву, а я выпил Кока-Колы.

Как только ужин был готов, мы все сели в столовой Сьюзан. Она положила два дополнительных листа на стол, и откуда-то появились четыре стула, так что даже с десятью из нас нам было удобно.

Сьюзан открыла пару бутылок вина за ужином, и мы все выпили. Мы с Джиной выпили по стакану, в то время как Эрин и Лия выпили только полстакана, но я могу сказать, что они чувствовали себя зрелыми.

После ужина Джина робко достала маленькую коробочку, обернутую яркой бумагой. Она вручила мне подарок, и разговор замер, так как все смотрели на меня с ожиданием. Я старался не краснеть, но, судя по выражениям вокруг, мне это не удалось. Я разорвал бумагу и открыл коробку-внутри было серебряное ожерелье.

Внезапно я понял, что имела в виду Джина, когда сказала, что это может не подойти. Со всей практикой борьбы и тренировками моя шея была немного больше, чем годом ранее. Я молча молился, чтобы цепь была достаточно длинной.

— Хочешь, чтобы я надела его на тебя?— Тихо спросила Джина.

Я кивнул, и она потянулась цепочка. Я потянулся за ней, и моя рука опустилась на ее руку. Мы оба покраснели, и она нервно хихикнула. Я улыбнулся так успокаивающе, как только мог, и убрал руку.