7
0А то, что произошло дальше-одно из моих самых неловких, но юмористических воспоминаний.
Когда она повернулась, я увидел, что вокруг ее волос только полотенце. В свете кухни я увидел, что дверь и темнота мешали мне видеть раньше. Тетя Сьюзан не была загорелой (я знал, что она не лежала на солнце у озера), хотя у нее был небольшой бронзовый загар. Она была очень бледным алебастром, где ее бикини блокировало солнце, с резко определенными линиями загара. И вдруг я понял, почему она всегда носит бикини. Когда мои глаза быстро щелкнули по ее телу, и я внезапно остановился, пораженный этим зрелищем передо мной.
У нее нет лобковых волос, и я мог ясно видеть гладкую кожу ее губ. Мой пенис предал меня, и он встал так быстро, что я поражен, что не потерял сознание от недостатка крови в моем мозге!
Это произошло так быстро, что я не знал, что делать; я не могу спрятать мой член. Я сделал единственное, о чем мог думать мой охваченный паникой мозг, я развернулся и и положил ногу на ногу, скрывая свою эрекцию в углу.
— С тобой все в порядке, Пол? — Спросила тетя Сьюзан, и ее голос внезапно стал очень обеспокоенным.
Я знал, что она, вероятно, не видела мою эрекцию, так как я быстро развернулся, но я уверен, что она легко догадалась, в чем проблема.
Я пробормотал что-то бессвязное и уставился в угол.
— Ты в порядке? — она снова спросила, все еще обеспокоенная моим отсутствием последовательной реакции.
Я молча кивнул, желая, чтобы моя эрекция утихла. Я чувствовал что у меня красная шея и лицо, но я просто не знал, что делать. В конце концов, нежный голос тети Сьюзан пришел мне на помощь.
— У тебя стояк, не так ли, — сказала она успокаивающе, разумно, тем же тоном, которым говорила, — у тебя красное лицо.
Я несколько мгновений не отвечал, а она молчала. Смущенный, я не мог отрицать очевидное, тем более, что она так уверенно об этом сказала. Я почувствовал, что моя шея и лицо краснеют сильнее, и смущенно, кивнул.
— Все в порядке, пол. Это естественно. Здесь нечего стыдиться, — продолжила она тем же тоном. — Ты можешь повернуться, твоя эрекция не оскорбит мои чувства.
Я не могу! Мой предательский пенис был тверд как сталь. Я покачал головой, все еще не доверяя ей.
— Пол, я управляю лагерем в течение длительного времени. Кроме того, у меня двое собственных сыновей. Я уже видела молодого человека со стояком, — успокаивающе сказала она. — Тебе нечего стыдиться.
Я снова покачал головой, не решаясь пошевелиться.
Ее тон стал тверже:
— Пол, эрекция-естественная вещь. Здесь нечего стыдиться. Если ты будешь стоять в углу весь день, мы не выполним работу.
Она остановилась на мгновение, чтобы дополнить. — Повернись, я приготовлю нам завтрак, и прежде чем ты осознаешь, ты будешь в порядке.
Она была такой разумной. Она была такой реальной.
