13
0Мы с Джиной вошли в вестибюль, задернули занавески и повесили полотенца на крючки. Затем мы улыбнулись в предвкушении, когда я включил и отрегулировала воду.
— Боже, как хорошо. — сказала она, ступая под воду. Она намочила свои волосы цвета воронова крыла, а затем наслаждалась водой."
"Какое-то мгновение я просто любовался ее телом, пока вода омывала ее. Сочетание матери-индианки и отца-европейца придало ей экзотический цвет лица. И так как мы были нудистами, у нее не было коричневых линий. Когда она подняла руки, чтобы провести пальцами по волосам, мне захотелось ущипнуть ее за темно-коричневые соски.
Она немного прибавила в весе с тех пор, как мы начали встречаться, но набрала его в нужных местах. Ее живот все еще был мягким и плоским, но грудь и попка немного раздулись. Затем мой взгляд переместился ниже, туда, где ее бедра расширялись от тонкой талии. За неделю до того, как мы уехали в колледж, она побрила лобок. Хотя она все еще брила свои половые губы, она позволила остальной части своего куста отрасти, поэтому у нее был более темный треугольник на лобке снизу.
— Что? — спросила она.
— Что? —
— Ты смотрел на меня.
—О. Извини. Думаю, я просто думал о том, какая ты красивая. Ты такая... красавица. —
Она улыбнулась и опустила темные глаза.
Я шагнул к ней и заключил в объятия.
Ее влажные груди прижались ко мне, когда она обняла меня за талию. Потом она поцеловала меня в грудь. —Я так тебя люблю. — прошептала она.
—И я люблю тебя. — сказал я.
— Еще раз спасибо за терпение. Уверен, мне здесь понравится. —
— Так и будет. Будет лучше, когда начнутся занятия. Тогда мы будем слишком заняты, чтобы беспокоиться о том, что нас не будет дома. —
— Наверное.
—Доверься мне. —
— А я знаю. Наверное, мне уже одиноко. В смысле, я здесь никого не знаю, кроме тебя. —
— И Кендалл. — добавил я.
—И ее. Но, я имею в виду, что если моя соседка по комнате будет странной или что-то в этом роде? Что если она сойдет с ума и разрежет всю мою одежду? Или что, если она будет курить травку весь день, и нас обоих арестуют, даже если я ничего не сделала? Тогда меня не пустят в медицинскую школу. —
—Это то, о чем ты беспокоишься? — Спросил я.
Она печально кивнула.
—Я бы не беспокоился о твоей соседке.
—Ха! Больно надо. —
— Ладно, тогда я ее соблазню. — ухмыльнулся я.
— Можно посмотреть? — Спросила Джина.
—Что твоя мама всегда говорит твоему отцу? «Ты неисправима».—
Она кивнула, а ее настроение начало улучшаться.
С этими словами я мягко оттолкнул ее и сунул голову под струю воды. Затем я развернул нас так, чтобы оказаться спиной к душевой кабине.
