11
0
Я ещё раз подробно прошёлся по эскизам, давая пояснения лётчикам, а потом попросил проводить меня в душ и переодеться. Кошкин вызвался всё показать. Когда мы с Сергеем ушли, компания продолжила разговор.
— Феноменальный лётчик, — произнёс Яковлев."
"— Не хотел бы я оказаться в воздухе её противником. Поверьте, моему опыту. Такие как она рождаются одна на тысячу, — добавил Копытин, трогая себя за ус.
— Вы знаете, в Кремле, когда познакомился с ней. Разговаривал с Толбухиным, Командующим Южным фронтом. Он так и сказал: «Она на весь фронт такая одна», задумчиво произнёс Яковлев.
— Может попробовать её переманить? — спросил инженер Жаров.
— Не получится. Хотя я бы попробовал, но сомневаюсь, что её отдадут, — снова задумчиво произнёс Александр Сергеевич.
В Москву меня вернули почти в 10 часов вечера. Я попросил водителя остановиться, не доезжая до дома. Решил прогуляться.
Высадили меня на Пречистенской набережной, на улице было ещё светло, поэтому я, не спеша шёл пешком. Москва этого времени значительно отличается от той, которую я знал. Шагать мне бы не очень далеко, до Знаменки, а потом можно пройти дворами. Семья Евгении жила на улице Арбат. Пока шёл на улице стемнело. В это время Москва уже не прифронтовой город, так что фонари на улицах зажглись, но уж больно редкие. Проходя мимо одной из арок, услышал женский крик, который резко оборвался. Я не раздумывал, а как-то автоматически свернул в арку и оказался в полутёмном дворе. Двое мужчин держали женщину. Точнее держал один, а второй рылся в её сумке. Двор немного освещался из окон домов, так что сплошной темноты не было. Мне удалось разглядеть женщину. Она была одета в хорошее платье, на голове шляпка, я бы сравнил её с артистками. Мужики выглядели невзрачно. Такие не запоминаются. Темная одежда на головах кепки. Похоже спонтанно я влипаю в историю. Но не бежать же мне прочь впереди собственного визга.
— Эй, жиганы, предлагаю оставить женщину в покое, — я старался говорить спокойно.
Старался то, я старался, но голос мой женский, и вид у меня попросту девичий. Плюс я не слабо волновался. Даже интересно, в небе во время управления самолётом, совсем не испытываю страха. Как будто в игру компьютерную играю, а здесь реально мурашки по спине забегали. Может тело девушки реагирует по-другому? Стыдно признаться, но того и гляди в трусики насикаю. Я достал свой ТТ и направил на мужиков.
— Я кому говорю? Гопники недоделанные, быстро женщину отпустили, — я таким образом пытаюсь себя накачать смелостью.
— Чаво? Слышь, подстилка комиссарская, шагай пока мы тебя не попользовали, — прогундосил тот, что рылся в сумке, а второй хрюкнул от веселья.
