Легендо

– Пытаешься сбежать с моей невестой?

По спине Теллы скользнул надменный протяжный голос, прохладный и отполированный, как только что заточенный меч.

Наследник Элантины!

Глава 13

– Какой интересный сюрприз. – Неподдельное веселье вспыхнуло в серебристо-голубых глазах, ослепительных, как разбивающиеся о берег волны, и затененных непокорными волосами такого золотистого оттенка, что хоть монеты из них выковывай.

– Это ты! – выдохнула Телла.

Ее попутчик из воздушного экипажа – тот самый вальяжный молодой дворянин, который угрожал вышвырнуть ее и уронил огрызок яблока ей на туфельки – одарил ее виноватой улыбкой. – Можешь называть меня Джексом.

Действуя с куда большей грациозностью, чем накануне вечером, он взял ее свободную руку, чтобы поцеловать костяшки пальцев. От прикосновения его мягких холодных губ по коже Теллы пробежал озноб.

– Вот уж не думал, что у тебя хватит смелости надеть это платье, – негромко произнес он.

– Терпеть не могу, когда хорошее платье пропадает впустую, – отозвалась она легкомысленным тоном, как будто его присутствие ничуть не выбило ее из колеи. Она не предполагала, что наследник Элантины так быстро ее найдет. На самом деле он вообще не должен был ее искать. И уж конечно, она и подумать не могла, что им окажется тот самый безрассудный мальчишка из кареты – это никак не соответствовало образу, созданному ее воображением.

Наследник – Джекс – казался безжалостным, но никак не бездеятельным. Тем не менее, этот молодой человек даже с налитыми кровью глазами и растрепанными волосами оставался воплощением беспечности. Белые, как кость, бриджи, облегающие его худые ноги, были чистыми, а вот потертые сапоги куда уместнее смотрелись бы на конюшне, чем на балу. Фрак он надеть не потрудился, и шейный платок завязал вкривь и вкось – тот кое-как стягивал воротник светлой рубашки, которую не помешало бы погладить.

Телла задумалась, были ли зловещие слухи о нем ложными – или Джекс нарочно культивирует праздный образ. Его золотистые волосы упали на один глаз, но он посмотрел на Теллу сверху вниз со всей уверенностью императора и сказал:

– Потанцуем?

Данте со значением прокашлялся и привлек Теллу к себе. При виде этого Джекс скривил рот и хищно недружелюбно улыбнулся.

– Ты же не станешь пытаться умыкнуть у меня невесту прямо на устроенном мной балу?

Хватка Данте усилилась.

– Вообще-то…

– Не обращай на него внимания, он просто ревнует, – поспешно вмешалась Телла, чтобы не дать Данте совершить какой-нибудь благородный поступок – например, признаться, что сам и является зачинщиком этого обмана. Она не вполне понимала, зачем выгораживает человека, частично повинного в ее нынешнем затруднительном положении.