Легендо

Она понимала, что их слишком много, и что ее голова, в конце концов, станет похожей на сад, полный голубых плюмерий. Но, тем не менее, продолжала добавлять еще.

После ухода Скарлетт на порог покоев Теллы доставили букет плюмерий без записки. Она предположила, что это подарок от Джекса, поскольку цветы подходили к пышному бальному платью, присланному им ранее тем же вечером. Телла хотела было выбросить цветы в окно, но что-то в их аромате показалось таким знакомым, что при мысли о расставании с голубым букетом она испытала почти физическую боль. Поэтому она пристроила один цветок себе в волосы, за ним последовал другой, третий… Телла растворилась в их сладком аромате, всецело отдалась процессу вплетения их в локоны, чтобы не думать о предстоящем ужине с императрицей Меридианной империи.

Поскольку эта мысль лишала ее душевного равновесия.

Так как ее отец был губернатором, Теллу обучили, как нужно себя вести на званых приемах с аристократами, но следовать этим правилам у нее обычно не получалось. А уж об ужинах с особами королевских кровей ей и вовсе ничего не было известно."

"Она взяла еще одну плюмерию из поредевшего букета и тут услышала смешок. Отвернувшись от туалетного столика, она увидела стоящего в дверном проеме Джекса, опирающегося о раму.

Она ожидала, что хотя бы на этот раз он приложит усилия, чтобы выглядеть по-королевски. Но, как и в ночь Судьбоносного бала, на нем даже фрака не было. Одет он был в свободного кроя рубашку цвета пролитого бренди и с дырочками на плечах, как будто он оторвал некое украшение. Полы рубашки болтались поверх выгоревших темно-коричневых лосин, которые, в свою очередь, были заправлены в неполированные кожаные сапоги. Его внешний вид нельзя было назвать даже небрежным, но, тем не менее, от него продолжало исходить медное сияние.

В руке без перчатки он держал свежее яблоко, белое и незапятнанное, как простыни девственницы.

– Добрый вечер, Донателла.

– Ты же знаешь, что неприлично прокрадываться в комнату молодой девушки.

– Полагаю, приличия мы давно оставили в прошлом. Но, – одним гибким движением Джекс оттолкнулся от дверного проема и предложил ей руку, – сегодня обещаю вести себя наилучшим образом.

– Это мало о чем говорит. – Телла разгладила свои пышные юбки и встала со стула. Надетое на ней платье казалось тяжелее, чем любое другое, присланное Джексом. Лиф его был изготовлен из жемчужно-голубого шелка и лишен всяческих украшений, зато юбка представляла собой изысканную комбинацию из расшитых драгоценными камнями завитков, сумеречно-синих бархатных цветов и льдисто-голубых кружев, случайным образом рассыпанных по ткани, точно из опрокинутой шкатулки для драгоценностей.

– Не волнуйся, – сказал Джекс. – Уверен, что ты придешься Эль по душе.