Ледяные Волки

Что после того, что сказал Хейн, он боялся, что они никак не могут быть связаны.

Но были и другие ответы, которые он мог дать.

— Я скучаю по возможности передвигаться так, как мне нравится. Это потрясающе, на городских крышах. Насколько можешь видеть, в это время года здесь растут цветы. Это как твой собственный мир там, наверху.

— А где твое любимое место? — спросила она, улыбаясь.

— Я… — он заколебался, слова застряли у него в горле. «Хитрый Волк» был его тайным местом с Рейной… ни один живой человек не знал об этом, кроме них двоих. Когда они случайно нашли люк, стало ясно, что его не открывали уже несколько поколений. Это было похоже на тайну, которой он не должен делиться… это было место, куда они всегда могли пойти, чтобы отгородиться от проблем мира. Это было так близко к дому, как никогда с тех пор, как они покинули приют. Просто думая об этом сейчас, в его груди что-то сжалось. Ему так хотелось оказаться там, лежать в теплой темноте рядом с Рейной и строить планы на новый день.

Лисабет наблюдала за ним, подперев рукой подбородок, но когда он взглянул на нее, она отвела глаза и перестала улыбаться.

— Ты можешь рассказать мне, — тихо сказала она. — Не то чтобы у меня были другие люди, которым я могла бы рассказать.

И вот оно… на этот раз не просто укол одиночества, который он видел в Лисабет раньше, а настоящий удар. Печаль, которая заставляла ее выглядеть серьезной, когда она не улыбалась. Мозги Лисабет, или ее опасные идеи о драконах, или ее преданность книгам и знаниям… что-то в ней отделяло ее от остальной стаи.

Но Андерсу нравилась ее улыбка, нравилось ее великодушие. Она так старалась помочь ему наверстать упущенное, хотя ей это было ни к чему. Он чувствовал, что, возможно, даже несмотря на то, что девушка была окружена волками, она не возражала бы против друга.

Конечно, он мог бы использовать это.

— Там есть смотровая площадка, откуда виден весь Холбард, — сказал он, вспоминая ночь перед тем, как они с Рейной преобразились. — Это таверна под названием «Хитрый Волк», на вершине холма. Это здание чуть выше остальных, с остроконечной крышей и подъемником для подъема припасов на чердак. Если поднимешься наверх, то сможешь увидеть каждую крышу в городе, все раскинувшиеся луга, людей внизу вплоть до порта. Как будто весь Холбард принадлежит тебе. — У него пересохло во рту, как будто он нарушил обещание, данное сестре. — Это мой секрет, — сказал он. — Это… это мое особое место. — Никто в мире не знает об этом, кроме Рейны.

— Я никому не скажу, — серьезно пообещала она. — Я бы хотела когда-нибудь увидеть его. Может быть, в следующий раз нам разрешат выйти.

Андерс моргнул, отбросив мысли о «Хитром Волке».